Книга Похищенный ведьмой. Ведьма и охотник, страница 26 – Екатерина Розова

«Теперь можешь жалеть ее сколько угодно, — сказал в тот час Виррата, — она не станет ведьмой, но и люди ее не примут».

И Раэ позволил себе ее пожалеть. Что-то надорвалось у него внутри. Заныло. Он носил эту жалость в себе как камень весь день, а вот ночью к нему и пришел тот самый внезапный жар, после которого его спешно на лавке потащили в лазарет.

Раэ так и не осмелился узнать, где та отдаленная ферма, на которой семья навсегда заточила Лору. Зато он понял, почему так мало ведьмобойц и почему в них идут особые люди. Если твоего боевого товарища раздавил колосс, растворил в кислоте наг, испепелил дракон или взорвала саламандра — ты будешь испытывать еще большую ненависть к этим чудовищам и злее бить их. А кого будет бить охотник на ведьм, когда понесет утрату из-за ведьм? Людей? А ведь нечисть или нежить можно уничтожать только из любви к человеку…

Раэ до сих пор было непонятно, почему какая-нибудь девушка могла по своей воле стать ведьмой, ни до чего не додумался, но в глубине души стал это считать временным умопомешательством, которое не могло обойтись без нечистой силы. Получалось, что беда могла стрястись с любой молодой женщиной.

В Цитадели, когда он услышал приказ разведчика, его сердце подпрыгнуло. Пока он с отрядом шел по крошащейся мостовой заброшенного города, то не участвовал в общем разговоре о мелочности приказа, чтобы не выдать себя. Вот бы таких, как они, смогли послать не первый шабаш Лоры…

… Арнэ намотал себе на руку ремень и показал остальным:

— Приготовьте заранее.

— Бить их еще, — вздохнул Ксури, явно не хотя снимая с себя пояс.

— Жалеть их еще! — фыркнул Гайю и сдернул с себя ремень, прищелкнул им в воздухе.

— Правильно, — сказал Арнэ, — им еще не так достанется, когда они попадутся на чем-то серьезном.

Арнэ распределил места засады. Сам он с Ларсом устроился за колонной, у входа на этаж. Гайю залег за кучей камня от разбитых истуканов. Он там немного поворочался, ссыпая мелкий щебень, способный его выдать, и затих. Раэ и Ксури досталось спрятаться под потолком там, где продолжающаяся аппарель вела на крышу. С выбранных мест хорошо просматривалось все пространство капища. В багровом закате оно не могло выглядеть иначе, как жутковато. Тени еще сильнее удлинились. Голова мерзкого идола превратилась в угловатый камень, который продолжала вытянутая изломанная тень, словно у идола появилось тело. У Раэ стало появляться такое ощущение, будто кто-то наблюдает за ними со стороны. Как будто невидимые щупальца тянутся к нему и его товарищам из отверстия на крыше. Как будто этот кто-то знает, где они попрятались, но у него пока что нет возможности до них дотянуться. Пока капище полностью не погрузится во тьму…

Раэ попытался отогнать от себя такие странные домыслы.

«Нет-нет, — еще подумалось ему, — девчонки в такую жуть не сунутся!»

Как только он так себе сказал, внизу тотчас послышались девичьи голоса и башня наполнилась веселым гвалтом. Бодрый стук женских ног, свист сопели, пение и хохот.

— Приготовиться! — донесся голос Арнэ. — до переклички лежать тихо!

Шумная девчоночья гурьба ворвалась в капище с последними лучами солнца и отпугнула мрачную тишину.

— Мы это сделали! Сделали! — закричали девчонки, — мы здесь!