Книга Не та невеста для проклятого князя, страница 98 – Алекс Скай

Но печать не вспыхнула.

— Вы уже сказали достаточно.

— Я? — Мерден улыбнулся, но улыбка вышла кривой. — Это Лиана Морр стоит в круге признания. Это она должна говорить.

— Она уже говорит, — сказала Астара Норрен.

Мелисса Хольд медленно обвела зал взглядом.

— И, к моему удовольствию, говорит гораздо интереснее многих мужчин Совета.

Мерден повернулся к ним.

— Вы пришли по следу князя. Значит, всё, что вы видите, уже искажено его волей.

— Нет, — сказал Торн. — Мы пришли по следу чернил на перехваченном письме. Дорога вспомнила собственную печать. Князь шёл с нами, но не вёл.

Я вспомнила вспышку на столе в комнате договоров.

Чернила на письме.

Дорога вспомнила след.

Элвин, если выжил после всего этого без нервного срыва, заслуживал титул хранителя невозможных совпадений.

Дарен посмотрел на Мердена.

— Вы увели её через старую дорожную печать.

— Я вывел опасный фактор из Вейрхольма.

— Женщину.

— Печать.

Слово прозвучало слишком быстро.

Вот оно.

Его настоящая ошибка.

Дарен не пошевелился, но в зале стало холоднее.

Я подняла руку.

— Вы слышали?

Астара кивнула.

— Слышали.

Мерден понял, но поздно.

— Я говорил о знаке на её руке.

— Нет, — сказала я. — Вы говорили обо мне. Для вас я не человек, а печать. Трещина. Инструмент. И поэтому вы всё время ошибаетесь.

Он повернулся ко мне.

— Ошибаюсь?

— Да. Вы думаете, Дарен уничтожит себя ради меня, потому что не сможет выбрать между любовью и властью. Но он уже выбрал.

Мерден прищурился.

Дарен тоже посмотрел на меня.

Я шагнула к краю круга. Линии под ногами вспыхнули, но не остановили.

— Он выбрал не становиться вашим чудовищем.

На лице Мердена мелькнуло настоящее бешенство.

— Он станет им, если вы умрёте.

— Так не убивайте меня. Очень простой способ проверить.

Ровен шумно выдохнул.

— Лиана, иногда ваши фразы сокращают мне жизнь.

— У вас крепкая конституция.

— Надеюсь.

Дарен не улыбнулся.

Ему было не до улыбок.

Но я увидела, как его печать, тёмная и готовая к удару, не перешла границу. Он держал её. Не прятал, не отрицал, не давил в себе до боли. Держал, как часть себя, которой больше не позволял говорить первой.

— Лиана, — сказал он. — Выйдите из круга.

Мерден сразу шагнул в сторону.

— Нельзя. Если она выйдет до признания, круг сочтёт отказ.

— Отказ от чего? — спросила я.

— От правды.

— Нет. От вашего текста.

Я посмотрела на центральную плиту.

— Свидетельный круг Чёрного моста, если ты действительно слышишь, я скажу признание.

Дарен резко поднял голову.

— Лиана.

— Доверьтесь мне.

Он замолчал.

Вот оно.

Не приказ. Не запрет. Не «я лучше знаю».

Молчание, в котором он выбрал доверие, хотя всё в нём было против.

Я повернулась к свидетелям.

— Я признаю, что вошла в Вейрхольм не той, кого ждали.

Круг вспыхнул.

— Я признаю, что носила чужое кольцо и чужие документы.

Синяя линия стала ярче.

— Я признаю, что боялась сказать правду и всё равно сказала. На дороге, во дворе, в зале Совета и в зале корней.

Серебряная ветвь на запястье отозвалась ровным светом.

— Я признаю, что Дарен Вейр не покупал мою верность, не заставлял меня любить его, не удерживал старой клятвой. Он давал мне защиту, спорил со мной, злился, ошибался, но ни разу не потребовал, чтобы я перестала выбирать сама.

Дарен смотрел на меня так, что дышать стало труднее.