Книга Мачеха поневоле для драконьего бастарда, страница 83 – Алекс Скай

— Я не буду просить вас остаться как истинную пару, — сказал он. — Не буду удерживать браком, знаком, домом или благодарностью. Не имею права.

Огонь треснул в камине. Ноэль шевельнулся во сне, и Арина машинально провела ладонью по его волосам.

Кайрен смотрел на это движение.

— Я прошу вас остаться как женщину, которую люблю.

Арина не сразу поняла, что мир не остановился.

Огонь горел. Замок дышал за стенами. В коридоре тихо прошёл стражник. Ноэль спал, доверчиво прижавшись к её коленям.

А она смотрела на Кайрена и видела перед собой не драконьего лорда, не мужа по договору, не истинную пару, названную камнем.

Мужчину, который наконец не требовал.

Просил.

— Я не умею красиво отвечать на такие признания, — прошептала она.

Уголок его рта дрогнул.

— Я уже понял, что с красотой ответов у нас обоих сложно.

— И я всё ещё злюсь на вас.

— Знаю.

— И боюсь.

— Знаю.

— И не обещаю, что завтра не захочу вас стукнуть чем-нибудь тяжёлым за очередное лордское решение.

— Постараюсь выбирать решения полегче.

Она тихо рассмеялась сквозь слёзы.

Кайрен поднял её руку и остановился, не касаясь губами. Ждал.

Арина сама вложила пальцы в его ладонь.

— Я останусь, — сказала она. — Не потому, что камень сказал. Не потому, что вы попросили красиво. А потому что мой дом теперь там, где этот ребёнок спит спокойно. И где один упрямый дракон наконец учится быть человеком.

Кайрен склонился и коснулся губами её пальцев.

Очень легко.

Почти вопросом.

За окном северного крыла старые камни впервые за много лет отозвались мягким золотым светом, а в глубине замка, под разрушенной башней, что-то древнее и огромное проснулось от имени Ноэля — и стало слушать.

Мачеха поневоле для драконьего бастарда

Через несколько месяцев замок Морвентов научился звучать иначе.

Не сразу.

Сначала в северном крыле просто перестали торопливо замолкать, когда по коридору шёл Ноэль. Потом слуги перестали смотреть мимо него, будто мимо тени. Затем у дверей детской появились не только стражники, но и мальчишки из кухонного двора, которых Ноэль однажды застал под лестницей с деревянными мечами и, после долгого молчания, спросил, знают ли они, как правильно держать щит.

Щита никто не знал.

Зато через неделю в северном дворе уже стояли пятеро детей, один слишком маленький, двое босые, одна девочка с таким гордым подбородком, что Арина сразу поняла: будущая беда для всех наставников. Ноэль объяснял им правила боя так серьёзно, будто сам был древним военачальником, а не мальчиком, которому всё ещё иногда снились закрытые двери.

Арина наблюдала из окна и старалась не вмешиваться.

Получалось плохо.

— Если он снова отдаст им все свои булочки, к ужину будет злой, — сказала она.

Кайрен, стоявший рядом с ней у стола с хозяйственными свитками, не поднял головы.

— Это его булочки.

— Это его голод к вечеру.

— Вы хотите, чтобы я приказал ему оставить еду себе?

Арина посмотрела на него.

Он выдержал паузу, потом сам поморщился.

— Спросил неверно.

— Уже лучше. Раньше вы бы сказали: «Ноэль будет есть по расписанию».

— Я всё ещё могу.

— Можете. Но тогда я скажу кухне испечь булочки вам и велю отдать их детям без вашего согласия. Воспитательный обмен опытом.

Кайрен наконец поднял глаза. В них мелькнуло то редкое тепло, которое всё ещё казалось Арине чудом, хотя она уже видела его всё чаще.