Книга Развод с драконом-наместником. Хозяйка проклятой пекарни, страница 14 – Алекс Скай

Она повернулась к Марте и Тишу.

— Вы можете выйти.

— А вы? — спросила Марта.

— Я останусь.

— Вот сразу нет.

— Марта…

— Нет. Не тем голосом вы со мной говорите. Дворец кончился. Тут, если хозяйка делает глупость, ей об этом говорят вслух.

Тиш поднял руку.

— Я тоже могу говорить вслух.

— Ты можешь молчать, — сказала Марта.

— Я лучше выйду и позову кого-нибудь.

— Кого?

Мальчишка открыл рот, потом закрыл.

Звать было некого.

Это простое понимание встало между ними тяжелее любого страха. У Элины больше не было дворцовой охраны. У Марты не было места при кухне. У Тиша, судя по всему, не было взрослого человека, который бросился бы за ним в проклятую пекарню.

Они трое стояли в доме, который город считал гиблым, и всё, что у них было, — взаимное упрямство, одна старая печать и обещание будущей булки.

Элина вдруг сказала:

— Мы не будем прятаться от собственного порога.

Марта посмотрела на неё пристально.

— Красиво сказано. Очень благородно. Почти глупо.

— Но вы останетесь?

— Разумеется. Кто-то должен сказать вам, когда красота закончится и начнётся настоящая беда.

Тиш вздохнул так, будто на него взвалили ответственность за весь край.

— Я тоже останусь. Но только потому, что дверь сама закрылась, а я не уверен, что она откроется, если попросить вежливо.

Он подёргал ручку.

Дверь открылась сразу.

Наружу ворвался холодный воздух и снежная крупа.

Тиш замер.

Марта скрестила руки на груди.

— Ну?

Мальчишка нахмурился, посмотрел на улицу, потом обратно в тёплый полумрак пекарни.

— Всё равно останусь. Там старуха с корзинами увидит и скажет, что я струсил.

— Значит, гордость, — сказала Элина.

— Нет. Репутация.

— Уличная?

— Единственная, какая есть.

Элина не стала смеяться. Слишком хорошо поняла.

Она подошла к двери и закрыла её сама. Не резко. Просто так, как закрывают дверь дома, в котором решили провести ночь.

— Сначала осмотрим нижний этаж, — сказала она. — Потом найдём, где можно развести обычный огонь, если получится. Ночевать лучше всем вместе, в главном зале. Печь трогать не будем, пока не поймём, что это за свет.

— Прекрасно, — сказала Марта. — Первый разумный приказ за вечер.

— Второй, — возразил Тиш. — Первый был про булку.

Элина взяла с полки обломок старой деревянной ручки, обмотала его найденной у стойки тряпицей и попыталась зажечь от алого света печи. Тряпица не загорелась. Свет лишь скользнул по ней и исчез, будто печь с презрением отказалась работать факелом.

Марта хмыкнула.

— Гордая какая.

— Печь или тряпица? — спросил Тиш.

— Обе.

Пришлось идти почти на ощупь.

Золотистая линия на полу помогала. Она не освещала весь путь, но мягко выделяла опасные места: провалившуюся доску, торчащий гвоздь, накренившийся ящик. Когда Тиш случайно шагнул слишком близко к тёмной дыре у стены, доска под его ногой скрипнула так грозно, что мальчишка отскочил.

— Она меня предупредила, — прошептал он.

— Или обозвала, — сказала Марта. — У скрипов богатый язык.

Они нашли кухонную комнату за основным залом.

Там всё было старым, но не безнадёжным. Длинный стол стоял под пыльным окном. На крюках висели формы, потемневшие от времени. В углу лежали пустые корзины. Несколько полок перекосилось, но не упало. Под потолком сохли связки старых льняных лент, уже серых от пыли. В большом шкафу обнаружились полотна, потрёпанные, но целые. Марта достала одно, встряхнула, тут же закашлялась и сердито сказала: