Книга Развод с драконом-наместником. Хозяйка проклятой пекарни, страница 44 – Алекс Скай

И всё же что-то изменилось.

Элина стояла у стола, пересчитывая медяки и отметки Лиссы, когда печать в её кармане потеплела.

Не вспыхнула, как при приказе Рейнара.

Не дрогнула, как возле межевого камня.

Просто стала тёплой — настойчиво, тревожно, будто кто-то вложил ей в ладонь предупреждение, но не успел произнести его вслух.

— Хозяйка, — позвала Марта. — Вы уже третий раз считаете одни и те же монеты. Если надеетесь, что от внимания их станет больше, спешу огорчить: на кухне этот способ не работает.

Элина подняла голову.

— Слышишь?

Марта сразу перестала улыбаться.

— Что именно?

Пекарня молчала.

Только за окнами гудела толпа у монастырских ворот. После отъезда Велоры люди не разошлись. Наоборот — их стало больше. Новость о том, что Элина Астер открыла лавку не в городе, а у старой границы, обошла нижний квартал быстрее ветра. Одни приходили за хлебом, другие — за слухом, третьи — просто посмотреть на женщину, которой с утра запретили торговать, а к полудню она нашла место, где запрет превращался в пустой звук.

— Ничего, — сказала Марта, но уже тише.

Лисса, сидевшая у края стола, подняла голову.

В её маленьком лице опять появилась та настороженность, с которой она вчера смотрела из кладовой.

— Стены слушают дорогу, — прошептала она.

Тиш влетел в пекарню с пустой корзиной, едва не поскользнулся на вытертом участке пола и только чудом не врезался в Кира, вошедшего следом за досками.

— Там опять едут! — выпалил мальчишка.

Марта схватилась за край стола.

— Если ещё одна драконья тётка, я уйду в подвал и сама договорюсь с тем голосом, лишь бы никого не видеть.

— Не тётка, — сказал Тиш. — Стража. Городская. И люди старосты. И ещё кто-то с ними. Девочка.

Элина медленно выпрямилась.

— Девочка?

— Маленькая. Ну… не как Лисса, чуть выше. У неё руки связаны.

В комнате стало тихо.

Не домовой тишиной.

Человеческой.

Лисса побелела.

Марта очень осторожно положила хлебную лопату на стол. Так осторожно, что это было страшнее любого грохота.

— Повтори, — сказала она.

Тиш сглотнул.

— Руки связаны. Верёвкой. Ведут к воротам. Люди расходятся. Бренн кричит, что её нельзя подпускать к пекарне.

Кир уже повернулся к выходу.

— Кто ведёт?

— Двое городских. И пристав Волн. Старосты пока не вижу.

Элина сжала печать в кармане.

Тепло стало почти обжигающим.

— Лисса, оставайся здесь.

Девочка вскочила.

— Нет.

— Лисса…

— Если это из-за метки, я должна увидеть.

Элина остановилась.

Марта резко повернулась к девочке.

— Какой метки?

Лисса прикусила губу, поняв, что сказала лишнее. Но поздно. В её глазах уже стоял страх не за себя — за ту, кого вели к воротам.

— У некоторых детей бывает знак, — прошептала она. — Редко. Его называют драконьей меткой. Если находят в нижнем квартале, ребёнка забирают. Говорят, такие приносят беду, если родились не в доме драконов.

Тиш нахмурился.

— Я слышал про это. Только думал, врут.

Кир не обернулся.

— Не врут.

Все посмотрели на него.

Его лицо стало каменным.

— На южных воротах однажды пытались вывести мальчика с такой меткой. Я тогда ещё служил. В приказе было написано: “За пределы города до решения старших домов”. Решения потом никто не видел.

Марта тихо сказала:

— И что случилось?

Кир поднял глаза на Элину.

— Я не открыл ворота.

Вот почему его выгнали.