Книга Няня для босса, или Папа строгого режима, страница 76 – Алекс Скай

— А нельзя?

— Нет.

Он сказал это без паузы.

И мне показалось, что за последние дни это “нет” стоило ему больше, чем все его прежние запреты.

— Дети — не проект, — сказал он. — Дом — не компания. Доверие — не договор. И вы не человек, которого можно вписать в мою жизнь потому, что без вас стало пусто.

Я молчала.

Не потому, что мне нечего было сказать.

Потому что слишком многое хотелось сказать сразу, а это редко заканчивалось хорошо.

Принесли чай и пирог. Официантка поставила тарелку между нами, улыбнулась и ушла. Я взяла вилку, просто чтобы не сидеть неподвижно.

— Красиво говорите, — сказала я наконец.

— Это плохо?

— Это опасно. Красивые слова иногда делают вид, что уже всё исправили.

— Не исправили.

— Хорошо, что понимаете.

— Я приехал не за прощением.

— Тогда за чем?

Он посмотрел на меня.

Не как босс. Не как отец, который вынужден быть сильным. Не как мужчина, раздражённый чужим интересом к женщине, которую сам ещё не имеет права назвать своей.

Как человек, которому пришлось научиться просить, потому что требовать стало невозможно.

— За шансом исправлять не рядом с вами вместо вас, а перед вами честно, — сказал он. — Шансом показать, что я могу быть отцом без вашей подсказки. Мужчиной без контроля. И человеком, который хочет, чтобы вы были рядом не потому, что нужны, а потому что сами выбрали.

Я опустила взгляд на пирог.

Пирог выглядел совершенно беззащитно. Ему, бедному, явно не полагалось присутствовать при таких разговорах.

— Роман…

— Да.

— Я не знаю, могу ли доверять вам сейчас.

Он кивнул.

— Понимаю.

— Не только из-за документа. Из-за того, как быстро всё настоящее вокруг нас стало полезным для кого-то. Из-за того, что я сама не заметила, как начала жить вашим домом. Вашими детьми. Вашими переменами. Вашими маленькими победами. Я не хочу проснуться однажды и понять, что стала удобной частью чужого взросления.

— Не станете.

Я подняла глаза.

— Не обещайте за меня.

— Простите. Вы правы.

Он остановился сам.

Приятно и раздражающе.

— Я могу обещать только за себя, — сказал он. — Я больше не позволю никому решать, какую роль вы должны играть рядом с нами. Включая себя.

— Звучит правильно.

— Но мало.

— Да.

Он принял и это.

Без сжатой челюсти. Без попытки убедить. Без привычного мужского желания немедленно выиграть разговор.

— Тогда скажите, что будет достаточно.

Я покачала головой.

— Вот в этом ваша главная проблема. Вы хотите получить условия, выполнить их и закрыть задачу. А доверие не закрывается галочкой. Я не могу дать вам список: три семейных ужина, два честных разговора, один отказ совету — и Вера снова верит.

— Я знаю.

— Нет. Вы учитесь это знать. И я не собираюсь становиться вашим учебником.

Он медленно кивнул.

— Справедливо.

Я отломила вилкой кусочек пирога, но не съела.

— Мне нужно время.

— Я дам.

— Не “дам”. Не вы распоряжаетесь временем.

Он на секунду закрыл глаза, потом посмотрел на меня почти с самоиронией.

— Видите? Проверка идёт.

— И вы почти провалились.

— Почти?

— Я сегодня добрая.

— Спасибо.

— Не привыкайте.

Он улыбнулся. Очень коротко. Но в этой улыбке уже не было победы. Только благодарность за то, что разговор всё ещё продолжается.

— Мне нужно время, — повторила я мягче. — И пространство. Я буду вести проект в “Чердаке”.

— Я рад.