Книга Мама по контракту для папы строгого режима, страница 27 – Алекс Скай

— Ты слышала часть разговора, — сказал Роман.

— Самую интересную.

— Не самую точную.

Ася посмотрела на меня с подозрением.

— Взрослые опять делают слова сложными?

— Да, — честно сказала я. — И нам за это не стыдно только потому, что мы пока не успели как следует подумать.

— Я не понимаю.

— Мы тоже, — сказал Марк.

Роман посмотрел на сына.

— Ты что пишешь?

Марк спокойно повернул тетрадь.

На странице крупно было выведено:

“ДЕСЯТЬ ПРИЧИН, ПОЧЕМУ ВЗРОСЛЫМ НЕЛЬЗЯ ДОВЕРЯТЬ РОМАНТИЧЕСКИЕ РЕШЕНИЯ”.

Я закрыла рот ладонью.

Не потому что это было смешно.

Хотя это было очень смешно.

Просто смеяться вслух при Романе, который смотрел на список сына с выражением мужчины, впервые столкнувшегося с публичной критикой в собственной игровой, было опасно для моей остаточной серьёзности.

— Десять? — спросил Роман.

— Пока семь, — ответил Марк. — Остальные появятся после наблюдений.

— Прочитай, — сказала я.

— Вера, — одновременно произнёс Роман.

— Нет-нет, мне как возможному объекту романтического решения важно знать риски.

Марк посмотрел на отца.

— Можно?

Роман секунду молчал.

— Читай.

Марк выпрямился. Ася села на ковёр рядом с платьями, прижав Семёна к коленям. Инга Павловна сделала вид, что изучает планшет, но не ушла. Я знала: она будет слушать. В этом доме уже все слушали, даже когда делали вид, что заняты порядком.

— Пункт первый, — начал Марк. — Взрослые называют чувства “статусом”.

— Сильно, — сказала я.

Роман промолчал.

— Пункт второй. Взрослые считают, что если слово написано в документе, оно стало правдой.

Климову бы послушать.

— Пункт третий. Взрослые говорят “для вашего спокойствия”, когда собираются всё испортить.

Ася кивнула.

— Это правда. Они так говорят перед неприятным.

— Пункт четвёртый, — продолжил Марк. — Взрослые не умеют объяснять, почему смотрят друг на друга странно.

Я подавилась воздухом.

Роман повернул голову к окну.

Инга Павловна на этот раз не выдержала и тихо произнесла:

— Марк Романович.

— Что? Это наблюдение.

— Наблюдения иногда стоит оставлять при себе.

— Тогда они не работают.

Ася подняла руку.

— А что значит “странно смотрят”?

— Потом объясню, — сказал Марк.

— Нет, — одновременно сказали мы с Романом.

Марк впервые за утро почти улыбнулся.

— Пункт пятый. Взрослые обещают не врать, а потом говорят “всё сложно”.

— Так бывает, — сказал Роман.

— Значит, надо говорить: “Я не знаю, но не буду придумывать”.

Роман кивнул.

— Согласен.

Марк сбился.

Ему явно было удобнее спорить с отцом, чем получать согласие.

— Пункт шестой. Взрослые думают, что дети не понимают, когда кто-то собирается уйти.

Ася перестала играть с лентой.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

Марк не смотрел на меня. Он смотрел в тетрадь.

— Пункт седьмой, — сказал он тише. — Если взрослые хотят быть семьёй, они должны сначала спросить тех, кто уже в этой семье живёт.

Роман подошёл ближе к столу.

— Ты прав.

Марк поднял глаза.

— Опять?

— Да.

— Папа, ты злоупотребляешь.

— Буду внимательнее.

— Запиши, — сказала Ася. — Раз Марк пишет, папе тоже надо.

— Папа уже сегодня записывал, — сказала я.

Марк сразу оживился.

— Что?

— Секретные взрослые условия.

— Там было что-нибудь умное?

— Заголовок “Как не разрушить всё окончательно”.

Марк медленно посмотрел на Романа.

— Ты правда это записал?