Книга Дракон с ... изъяном, страница 57 – Елена Байм

Как я потом услышала из сплетен — горничная шепнула прачке за обедом, оглядываясь на дверь, — через три недели состоится свадьба Генерала и леди Элизабет Торнвуд.

Вот оно что! Я вздохнула глубоко и... смирилась. Мне и впрямь в этом доме не место. Даже в роли поломойки я здесь не гожусь.

И с этого дня мои рабочие дни потекли одной сплошной серой вереницей.

Я мыла полы на кухне, таскала тяжелые ведра, драила котлы и плиты до блеска. Пальцы покраснели, спина ныла, но физическая боль была даже приятной — она заглушала ту, другую, что сидела глубоко внутри.

Ведь после скандала с монетами от меня отвернулась все, даже кухарка. Эта добрая женщина, которая раньше угощала меня горячими пирожками и подливала лишнюю порцию похлебки, теперь отворачивалась, когда на кухню входила я.

Все почему-то решили, что барон Арчи меня покрывал, что между нами была близость, и он выгородил меня, а я на самом деле своровала монеты у графы.

Я пробовала оправдываться — один раз, второй. Но на меня смотрели так, будто я плела небылицы на ходу, и я замолчала.

Пусть думают, что хотят, как им удобнее. Осталось две недели и я уеду, начну все заново, где-нибудь подальше от этого замка, от этих людей.

Я уже даже начала потихоньку собирать вещи. Потратила два золотых из тех денег, что дал мне Генерал и которые мне вернули после скандала. Купила теплое шерстяное платье, теплые сапожки и новое белье. То я выбросила… не могла смотреть на него… мне казалось, что тогда это меня растоптали.

И вдруг после ужина, когда я драила пол в пустой кухне, дверь скрипнула и в щель просунулась голова Марты.

— Мира, — позвала она меня.

Я выпрямилась, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони, и посмотрела на нее. Марта стояла в полумраке коридора, нервно теребя свою косынку. Лицо у нее было напряженное — ни следа привычной улыбки.

— Что тебе? — спросила я, помня, как она свидетельствовала в пользу графа.

Марта потупилась, переступила с ноги на ногу, сделала шан вперед. Она выглядела неловкой, виноватой — совсем не такой уверенной и дерзкой, как в тот день, когда меня обвинили в краже.

— Я… я хотела извиниться, — выдавила наконец она. — Мы же подруги.

Я подняла бровь:

— И зачем ты тогда это сделала, если мы подруги?

Марта подняла на меня глаза. и в них мелькнуло что-то злое, колючее.

— А затем, что ты слишком высоко забралась, Мира! — прошептала она. — Отдельная комната, личное внимание Генерала, третий этаж! Ты думаешь, я не вижу, как он на тебя смотрит? Думаешь, никто не видит?

Я замерла.

— Он смотрит на меня… как на прислугу, — тихо сказала я. — Не больше.

— Ага, как на прислугу, — усмехнулась Марта. — А сам спускается по ночам на этаж для слуг? А сам выделяет тебе отдельную комнату? А сам гонит в шею барона Арчи, потому что тот посмел к тебе прикоснуться? Ты думаешь, мы все тут слепые?

Я открыла рот, но не нашлась, что сказать.

— Ты просто завидуешь, — выдохнула я, наконец.

— Завидую? — Марта подошла ко мне вплотную. — Я тебя предупреждаю, дурочка. Такие, как мы, не прыгают выше головы. А если прыгают — больно падают. И ты упадешь. Я не хочу на это смотреть, вот и пытаюсь открыть тебе глаза.

— Своими методами? — горько усмехнулась я. — Подставляя меня?

Марта дернулась и еще тише прошептала:

— Мне приказали, иначе грозились не дать рекомендательного письма. А ты посмотри на мои руки — они все разъедены от тяжелой работы. Я терплю это только ради него, ради надежды, что смогу выйти и устроиться на лучшее место. — она запнулась. — Но я ведь не обманула, Мира. Я просто сказала, что не видела у тебя монет. Прости.