Книга Отбор. Пламя в твоей крови, страница 44 – Анжелика Янчевская

Что-то мне подсказывало, что торопиться не стоит.

Как только мы пересекли невидимую границу леса, дневной свет почти исчез. Кроны деревьев переплетались так плотно, что создавали почти непроницаемый полог, сквозь который пробивались лишь тонкие лучи солнца, рисующие на земле причудливые узоры. Воздух стал влажным и тяжёлым, пахло мхом, прелыми листьями и чем-то ещё — едва уловимым, но тревожным.

Температура сразу упала на несколько градусов, и я поёжилась, радуясь плотной рубашке. Звуки внешнего мира — исчезли, словно их поглотила зелёная тишина. Вместо них появились новые звуки: треск веток под ногами, шелест листвы над головой, далёкие, неопределённые шорохи из глубины чащи.

— Какая мерзость, — пробормотала Калира, оглядываясь по сторонам с плохо скрываемым страхом. — Почему бы не устроить испытание в нормальном саду? Или в парке?

— Потому что в саду нельзя проверить настоящее мужество, — ответила Нарис, уверенно шагая рядом со мной. — Там слишком безопасно.

Я молча кивнула, соглашаясь с ней. Хотя страх липкой паутиной оплетал и моё сердце, было в этом лесу что-то… настоящее. Не фальшивые улыбки и заученные реверансы, а первобытная сила, требующая не притворства, а истинной сути.

Тропа, поначалу относительно чёткая, вскоре начала ветвиться, теряясь среди гигантских корней и густых зарослей колючего кустарника. Группа кандидаток, изначально шедшая более-менее вместе, начала растягиваться. Сафира и её свита, очевидно, выбрали одну из троп, которая казалась им более прямой, и вскоре их голоса затихли впереди. Другие девушки, менее уверенные, колебались на развилках, оглядываясь друг на друга в поисках подсказки.

Я заметила, что Венера, обычно такая собранная, выглядит бледной. Она то и дело спотыкалась, её дыхание было прерывистым.

— Всё в порядке? — тихо спросила я, поравнявшись с ней.

Она вздрогнула и посмотрела на меня затравленным взглядом.

— Я… я не привыкла к таким нагрузкам, — прошептала она. — Отец всегда берег меня от любых волнений.

Её признание прозвучало так искренне и беспомощно, что мне стало её жаль. Но что я могла сделать?

Вскоре наша небольшая группа — я, Нарис, Венера и ещё пара девушек, включая Калиру, которая не отходила от Нарис, — вышла к небольшой лощине, заросшей высоким, по пояс, папоротником. Тропа здесь почти исчезала.

— Куда теперь? — нервно спросила Калира, оглядываясь. — Я ничего не вижу.

«Лунный камень» в моей руке светился совсем тускло, его дрожащий свет едва разгонял мрак.

Внезапно из зарослей папоротника раздался пронзительный, полный ужаса визг. Это была Венера. Она исчезла.

— Венера! — крикнула я, бросаясь вперёд, раздвигая жёсткие листья папоротника.

Нарис и Калира последовали за мной.

Картина, открывшаяся нам, была жуткой. Венера по пояс увязла в чём-то похожем на трясину, скрытую под слоем опавших листьев и мха. Её лицо исказилось от ужаса, она отчаянно цеплялась за стебли папоротника, но вязкая, тёмная жижа медленно затягивала её вниз.

— Помогите! — захлёбываясь, кричала она. — Я тону!

Калира отшатнулась, прикрыв рот рукой.

— О, Великие Драконы! — пролепетала она. — Это… это же Гиблые Топи!

Другая девушка, имени которой я не запомнила, просто развернулась и бросилась бежать обратно по тропе, не сказав ни слова.