Книга Отбор. Пламя в твоей крови, страница 81 – Анжелика Янчевская

Едва я переступила порог своей комнаты, как Лиара бросилась ко мне, её лицо было бледнее пергамента, а глаза — огромными, полными ужаса и благоговения одновременно. Она схватила мои руки, её пальцы были холодными как лёд.

— Госпожа… О, Великие Драконы, госпожа Эльвия… — её голос срывался на шёпот, она говорила быстро, сбивчиво, словно боясь, что нас могут подслушать. — Что же вы наделали… Что же теперь будет… Что же будет…

Она причитала, как плакальщица на похоронах, раскачиваясь из стороны в сторону и не отпуская моих рук.

Я устало опустилась в кресло.

— Успокойся, Лиара. Неужели всё так плохо? Я же победила. Я осталась в Отборе.

Она посмотрела на меня так, будто я сказала величайшую глупость.

— Госпожа, дело не в том, что вы победили. Дело в том, кого вы победили! — она почти зашипела, её глаза испуганно метнулись к двери. — Леди Сафира из рода Зар! Главная претендентка, гордость старейшего огненного дома! Все ставили на неё! Весь двор, все великие лорды, вся знать! Её брак с принцем Тариусом считался делом решённым, а Отбор — лишь формальностью, красивым ритуалом! А теперь… Вы не просто победили её, вы унизили её, вышвырнули её из отбора!

Она замолчала, переводя дыхание, и её голос упал до едва слышного шёпота.

— В замке и так поднимается волна недовольства. Я слышала, как разговаривали гвардейцы… Лорд Зар, отец Сафиры, он… он в ярости. Говорят о заговоре, о саботаже, о том, что безродную полукровку специально продвигают, чтобы ослабить древние дома. Они не простят этого. За наследницу великого рода Зар будут мстить. Ой, что будет, что будет…

Её паника была почти осязаемой. Я почувствовала, как холод, который я с таким трудом научилась контролировать, начинает сковывать меня изнутри, но на этот раз это был не холод силы, а холод страха.

— Вам нестоитвыходить из покоев, госпожа, — умоляюще прошептала Лиара. — Никуда. Даже в сад. Пожалуйста. Пока всё не уляжется. Пока не пройдёт эта первая волна гнева. Королевская семья, несомненно, наведёт порядок, лорд Дарин… он не допустит беззакония. Надо только подождать.

Я кивнула, чувствуя, как стены этой роскошной комнаты начинают давить на меня, превращаясь из убежища в тюрьму.

День прошёл в тревожном, гнетущем молчании. Я не выходила. Лиара приносила мне еду, и мы почти не разговаривали, боясь нарушить хрупкую тишину. Я пыталась читать книгу, подаренную Дарином, но строчки расплывались перед глазами. Я пыталась тренироваться, найти своё «ядро холода», но мысли были тяжёлыми и липкими, как трясина в проклятом лесу.

А на следующее утро случилось нечто, что выбило меня из колеи окончательно.

Я проснулась от того, что Лиара, тихо войдя, поставила на столик у моей кровати вазу. Но не простую, а огромную, из тёмно-синего, почти чёрного хрусталя. А в ней — букет.

Это были не просто цветы. Это были огромные, пышные, бархатные бутоны, каждый размером с мой кулак, на длинных, изящных стеблях. Их цвет был невозможным, неземным — глубокий, иссиня-чёрный, с тонкими, серебристыми прожилками, которые мерцали в утреннем свете, словно звёздная пыль. От них исходил густой, дурманящий, пряный аромат, от которого слегка кружилась голова.

— От кого это? — спросила я, садясь в кровати.

— Я… я не знаю, госпожа, — пролепетала Лиара, её щёки были покрыты румянцем смущения и восторга. — Я нашла их под дверью, когда шла за вашим завтраком. Ни записки, ни слуги. Просто лежали на полу.