Книга Странник, страница 136 – Рина Когтева

— Здесь есть кто-нибудь?! – все-таки кричу я.

Ответа нет. Ну, конечно… Я ковыляю по этой так называемой дороге, иногда спотыкаюсь, падаю в грязь, поднимаюсь, отплевываюсь, но упорно иду вперед. У меня нет никакой возможности определить, сколько времени я уже иду, когда этот проклятый лес начинает расступаться. Теперь дорога идет в гору. Очень вовремя, потому что ноги у меня и так отваливаются. Когда я наконец-то добираюсь до вершины, то просто падаю замертво и дышу как загнанная лошадь. Но зато теперь листва не заслоняет от меня небо, и это, совершенно определенно, звезды. Правда, какие-то другие, не совсем те, которые я привык видеть.

— Помочь?

Если бы у меня были силы, то я снова бы подскочил на пару метров. Я вижу протянутую мне руку. Я протягиваю свою, и человек – рука вроде бы человеческая – помогает мне подняться. Теперь мы стоим друг напротив друга. Из-за спины человека поднимается зарево, поэтому я не могу разглядеть его лицо. На нем эдакая универсальная одежда путешественника: альратский костюм, но плащ инсонельмский, наверняка, если присмотреться к деталям, то можно будет опознать и что-нибудь с Мирраера. Так обычно выглядят члены экипажей торговых кораблей.

— Где я? – сдавленно спрашиваю я.

Человек делает шаг в сторону, и зарево ударяет мне в глаза. Я подхожу ближе. Сначала мне кажется, что это что-то удивительное и доселе невиданное. Огромный ночной город заливает бледный электрический свет, и в небо взмывают темные ступенчатые башни. Эти башни красного цвета, и в полумраке они кажутся сделанными не из камня, а из живой плоти. На них особый рисунок, придающий этой иллюзии пугающую достоверность. И тут раздается совершенно нормальный, привычный для моего уха звук – вой сирены. Точно такой же вой я уже перестал слышать в Ландере, потому что он сопровождает меня с самого рождения. Ничего хорошего этот вой не предвещает: смерть, преступление, пожар. Да и башни из живой плоти тоже уже не выглядят так фантастически. Я их знаю. Никогда не видел в живую, но их изображения достаточно популярны.

— Некалп, – говорю я. – Это Инсонельм.

Хотя в голове у меня совершенно не укладывается, как, находясь почти в полутора месяцах пути от внутренних миров, я вдруг оказался на окраине столицы Инсонельма. Говорят, чем невероятнее события, которые с тобой происходят, тем проще рассудку их принять. Разум просто на них не реагирует – это защитный механизм. Я качаю головой и поворачиваюсь к своему спутнику. Я бы не удивился, если бы он пропал, а мне пришлось бы остаток ночи спускаться к городу, а потом еще очень долго объяснять, как же Великий Архитектор Сентек попал на Инсонельм. Но он все еще стоит рядом. Теперь я вижу его лицо. Как и сообщил Эсвель, его кожа такая же красная, как высохшая глина. Никогда не видел человека с такой кожей. Я поднимаю руку и показываю ему кольцо Эсвеля. Человек кивает.

— Его дал тебе Странник?

— Да, – можно сказать и так.

— Как он?

Вопрос приводит меня в замешательство.

— Он давно умер… – осторожно говорю я.

— Это понятно, – перебивает меня человек. – Как сложилась его судьба?

Тут я оказываюсь в скользкой ситуации: как, наверное, официальный представитель Альрата, я не хочу выставить свой мир в невыгодном свете и рассказывать этому человеку с Та-Нечер о том, что Эсвеля запытали до смерти. Конечно, это было давным-давно, и сделал это не самый мудрый из наших Великих Царей, но все-таки это бросает некую тень на Альрат. Что если после моего рассказа Та-Нечер уничтожит Альрат и начнет свою игру в благодеяние с Инсонельмом? С другой стороны, возможности этого человека мне неизвестны, он может запросто понять, что я лгу. Я выбираю середину.