Книга Странник, страница 153 – Рина Когтева

— Боги Анима… – шепчу я.

Канитар садится на полу, прижимает к себе ноги и обхватывает колени руками. Она смотрит на меня… То есть Нефис смотрит на меня… Нет, Канитар смотрит на меня… Я не понимаю, отхожу к стене и прислоняюсь к ней. Старая привычка художника заставляет меня охватить всю эту сцену целиком. Жуткая сцена, неправильная, противоестественная.

— В чем дело? – Канитар поднимается и теперь стоит передо мной в полный рост.

Она совершенно обнажена, и я вижу все ее тело, которое только что много раз изучил во всех нюансах. Только это тело Нефис. Канитар усмехается, делает шаг ко мне. Я бы отступил, да только у меня за спиной и так уже стена.

— Что с ней? – шепотом спрашиваю я.

— С кем?

— С Нефис.

— Ее больше нет.

Нет?

— Совсем?

— Совсем, – Канитар продолжает улыбаться. – Остались только ее воспоминания.

— Она умерла?

— Ее душа и разум – да. Память и тело – нет.

Нефис… я закрываю рот рукой, чтобы не закричать. Брови Канитар иронично поднимаются.

— Ты сам назвал ее имя?

Я киваю.

— Тогда в чем дело? Разве ты не подозревал, что ей придется умереть? Или ты думал, что она переместится куда-то еще?

Честно говоря, я вообще ни о чем не думал, кроме тебя. Уж о Нефис в последнюю очередь. Но одно дело просто что-то ляпнуть непонятному человеку, а совсем другое – увидеть то, что ты натворил воочию.

— Тебе не понравилось?

Я с трудом понимаю, что именно она имеет в виду.

— Понравилось, – сдавленно отвечаю я.

Да и как ответить по-другому, когда все и так очевидно?

— Тогда что тебя смущает?

Я киваю на Алетру.

— А с ней что?

— Ты умирал, мне пришлось забрать ее жизнь и отдать тебе. Она формально жива, но никогда не придет в себя. Существует только ее оболочка. Через несколько месяцев она угаснет. Так было бы с тобой, но я не могла этого допустить.

У меня подкашиваются ноги, и я сползаю на пол. Канитар делает шаг ко мне.

— Оденься, – я отворачиваюсь.

Она несколько секунд медлит, потом поднимает с пола платье и проскальзывает в него. Рядом со мной на полу лежит циновка, и я начинаю теребить ее край. Канитар садится рядом, пытается взять меня за руку, но я отталкиваю ее.

— Почему она? – я киваю на Алетру. – Почему ты не использовала кого-нибудь из слуг?

— Мне пришлось поторопить ее, чтобы она искала тебя быстрее. Она не очень-то хотела, знаешь ли. Она поняла, что я больше не Нефис, а в отличие от Морна она не стала бы держать это в секрете. Она тебя ненавидит. Она бы все рассказала Миртес.

Ах да, еще же есть Морн и Миртес.

— Морн знаете о тебе?

— Да. Я… в общем, я узнала, что ты на Инсонельме, и рассказала ему, потому что твой друг копался бы целую вечность, прежде чем нашел тебя. Он решил отправить за тобой Алетру, посчитал, что так будет меньше шума.

Я смотрю на лежащую на полу Царскую Вдову и жену Верховного жреца Анима. Да уж, шума не будет совершенно.

— Я что-то сделала не так? – она прижимается ко мне, и на этот раз я ее не отталкиваю, обнимаю, потому что хоть это и тело Нефис, но в каждой его клетке теперь Канитар, и я это чувствую: жесты, мимика, выражение лица, интонация, с которой она говорит.

Все то, что всегда сводило меня в ней с ума.

— Ты все сделала не так, глупая девочка, – шепчу я.

А я похотливая скотина, которая хочет сделать с тобой во много раз больше, чем сделал только что.