Книга Странник, страница 165 – Рина Когтева

Да какие еще вопросы, Миртес? Не морочь мне голову.

— И что же это за вопросы?

— Ну, Благословенный, у нас тут небольшая коллизия. Я не зря упомянула будущее Альрата. Дело в том, что, повинуясь голосу разума, мне следовало бы сделать так же, как в свое время сделал Лаир Тарт – женить Таала Ламита на Нефис, чтобы объединить две линии. Но, – Миртес наигранно улыбается, – Великая Царевна Нефис сделала свой собственный выбор и предпочла Таалу Ламиту Великого Архитектора, – Миртес крутит бокал в руках и смотрит на Сентека, тот смотрит в стол, хотя я вижу, что его губы кривятся. – Не могу сказать, что я ее не понимаю… Тем не менее, если у Великого Архитектора и Великой Царевны будут дети, то это создаст некий прецедент. Особенно, если у них родится сын. Он будет прямым конкурентом Таалу Ламиту, а учитывая, что я – Царь и Вейт был Царем, у будущего сына Нефис больше прав на престол, чем у Таала Ламита.

— Что? – Канитар смотрит на Миртес.

— Ну-ну… – чуть слышно фыркает Сентек.

— Великий Архитектор хочет что-то сказать? – улыбается Миртес.

Недолго же ты продержалась.

— У нас с… Нефис не будет детей. Не беспокойся, Миртес, – Сентек криво улыбается.

Он здесь не по своей воле. Она привезла их сюда. Зачем? Чтобы показать мне?

— Да мне-то что? – Миртес пожимает плечами. – Вот Царская Вдова, вероятно, очень переживает по этому поводу.

— Мне прекрасно известно, кто должен занимать трон Альрата, – замечает Алетра.

Сентек вдруг накрывает своей ладонью руку Канитар. Она наклоняется к нему. Он наклоняется к ней. Канитар поднимает руку, касается его лица. Сентек бледнеет. А она падает как марионетка, у которой отрезали нитки. Просто падает на стол, не издав ни звука. Одной рукой Сентек так и держит ее за руку, другую протягивает к ней.

— Один, – говорит Миртес и делает глоток из своего бокала.

Уже когда Алетра начинает хрипеть, я понимаю, что только что произошло. Она связана с Канитар, если… Лицо Алетры краснеет, она хватается руками за горло, но ничего не помогает. В отличие от Сентека я даже не пытаюсь к ней прикоснуться – мне кажется, что это просто кошмарный сон. Да, придется на это смотреть, придется это выдержать, но потом я проснусь. И все будет как раньше. Алетра замирает, с откинутой головой, с руками, которые медленно опускаются.

— Два, – резюмирует Миртес.

Ее отсчет еще не окончен. Я смотрю на вино в своем бокале. Ну да. Миртес ведь выпила из бокала Алетры, а ее вино не было отравлено. Не было нужды – как только умерла Канитар, умерла и Алетра. Но почему Канитар выпила вино? Она ведь могла прочитать мысли Миртес и понять, что та добавила туда отраву.

Я хочу спросить об этом Миртес, но, оказывается, что я уже не могу говорить. Язык меня не слушается. Я выдаю какой-то странный набор звуков, смотрю сначала на Миртес, потом на Сентека. Так вот, что ты задумала? Ты решила собрать нас в одном месте и убить всех сразу, одновременно. Хороший план, я бы даже сказал, блестящий. Исчезает масса проблем, если сделать так, как ты решила: Канитар не отомстит за Сентека, Сентек не отомстит за Канитар, я не отомщу за Алетру и не лишу тебя твоего вожделенного трона. Все-таки, Миртес, ты оказалась умнее нас. Так ведь и было предопределено изначально. Ты должна быть умнее нас. Это правильно. Ты смотришь на меня с фальшивой улыбкой. У тебя всегда улыбки фальшивые. Ты так и не научилась искренне улыбаться. Если бы я мог говорить, я бы сказал тебе об этом. Посмотри на Канитар – она умела улыбаться. Вот тебе и причина того, что ты так и не смогла разгадать – почему он выбрал ее, а не тебя.