Книга После развода. Хозяйка морковной усадьбы, страница 72 – Инари Лу

Он молчит.

Его руки сжаты в кулаки, и я вижу, как под кожей пульсирует серебристый свет. Магия, которую он сдерживает из последних сил.

— Я хотел защитить тебя, — тихо говорит он, поднимаясь на ноги. — Только и всего. Если ты не веришь мне... что ж, я не могу тебя заставить.

Он разворачивается и уходит в дом, оставляя меня одну среди морковных грядок.

Я сижу в земле до самого заката.

Солнце опускается за горизонт, окрашивая небо в багровые тона, напоминая мне о Маркосе.

О его чешуе, о его пламени, о его глазах, в которых горел огонь, когда он смотрел на меня.

Вечером Элис снова приносит ужин, но я не притрагиваюсь к еде. Она пытается говорить, но я отвечаю односложно, и она уходит расстроенная.

Я ложусь в кровать, но сон не идет. Глаза открыты, я смотрю в потолок и считаю трещины, которых раньше не замечала.

А потом я чувствую это.

Тепло.

Оно разливается в груди, прямо под ребрами, там, где сердце. Мягкое и пульсирующее. Оно не похоже ни на жар ни на холод страха.

Это что-то другое. Оно напоминает мне прикосновение Маркоса, его руку, которую он клал мне на плечо, на талию и щеку.

Я прижимаю ладонь к груди, и тепло становится сильнее. Будто кто-то посылает мне знак. Будто он чувствует меня так же, как я чувствую его.

— Это ты, Маркос, — шепчу я, и наконец слезы текут по щекам. — Это точно ты. Я знаю.

Я не могу уснуть. Я лежу и слушаю свое сердце, которое бьется в унисон с этим теплом.

А потом слышу голоса.

Они доносятся из коридора. Я узнаю голос Кроума. И второй — мягкий, урчащий, с легкой насмешкой.

Корнелиус.

Я осторожно встаю с кровати, босиком подхожу к двери и замираю, прижавшись ухом к щели.

— Ты думаешь, что помог ей, сказав правду? — голос кота звучит спокойно, но в нем слышится сталь. — Ты сделал только хуже, Кроум.

— Я пытался ее защитить, — отвечает лунный дракон, и в его словах слышится усталость, которую он так старательно прятал днем.

— Ты защищал себя, — отрезает Корнелиус. — Ты боялся потерять ее. Но она никогда не была твоей. Никогда, с самого первого дня. Ты просто не хотел этого замечать.

Повисает тишина. А я слышу, как бьется мое сердце.

— Я знаю, — наконец произносит Кроум. — Знаю. Но мне было больно смотреть, как она смотрит на него. Как улыбается ему. Как тянется к нему. А меня воспринимает только как друга.

— Ты сам выбрал эту роль, — мурлычет Корнелиус. — Она никогда ничего не обещала тебе. И если ты продолжишь терзать себя и ее, ты потеряешь даже то, что имеешь. Ее дружбу. Ее уважение. Свое место в этом доме.

— Я не хочу ее терять, — шепчет Кроум.

— Тогда прекрати. Помоги ей вернуть его. Потому что без него она зачахнет. И ты это знаешь лучше всех.

Шаги удаляются.

Корнелиус уходит в темноту коридора, а Кроум остается стоять у стены, опустив плечи.

Я отстраняюсь от двери, возвращаюсь в кровать и ложусь, глядя в потолок.

Тепло в груди не исчезает. Оно согревает меня, напоминая, что я не одна. Что он где-то там далеко и чувствует меня так же, как я чувствую его.

А где-то в коридоре стоит лунный дракон, который наконец понял то, что я знала с самого начала.

Я никогда не была его.

И никогда не стану.

Проходит несколько дней.

Я перестала считать время с того момента, как Маркос исчез в утренней дымке, оставив после себя только пустоту и этот странный огонь в груди.