Книга Развод. В ловушке Сумеречного Генерала, страница 13 – Алена Питт

— Я слышал тебя, — он сделал ещё шаг, и теперь нас разделял всего метр. — Когда ты стояла перед портретом. Когда коснулась его губами. — его голос понизился, стал густым, как мёд. — Ты разбудила меня, Анна.

Я попятилась, но упёрлась спиной в столбик кровати.

— Я не понимаю.

— И не надо, — он поднял руку и коснулся моего лица. Его пальцы были горячими — обжигающе горячими, будто он сам был соткан из огня. — Пока просто прими.

— Принять что?

— Что ты — моя.

Эти слова упали в тишину, как камни в воду. Я смотрела на него, не в силах отвести взгляд. Его глаза горели золотом, и в этом огне я видела что-то древнее — и прекрасное, и страшное одновременно.

— Ты дрожишь, — сказал он тихо.

— Мне страшно.

— Не надо бояться. Я не причиню тебе зла. Никогда.

— Вы — граф. Дракон. Вы существуете только на портрете. А я… я просто сплю. Это сон.

— Сон, — повторил он, и его большой палец скользнул по моей скуле, оставляя за собой дорожку мурашек. — Но чувства — реальны. Ты чувствуешь это?

Он наклонился, и его губы оказались в миллиметре от моих. Я чувствовала его дыхание — горячее, с оттенком терпкого вина и чего-то древесного, мужского. Жар исходил от него волнами, окутывая меня, проникая под кожу.

— Да, — выдохнула я. — Чувствую.

— Тогда какая разница, сон это или нет?

И он поцеловал меня.

Это был не нежный поцелуй. Он был голодным, требовательным, собственническим — будто он ждал этого пятьсот лет и больше не мог сдерживаться. Его рука легла мне на затылок, пальцы запутались в волосах, притягивая ближе. Вторая рука скользнула по спине — по открытой коже, которую не прикрывало платье, — и я выгнулась от этого прикосновения, как кошка под рукой хозяина.

Я должна была оттолкнуть его. Я должна была проснуться.

Вместо этого я обхватила его за шею и ответила на поцелуй.

Пространство вокруг нас изменилось. Свечи вспыхнули ярче. Пламя в камине взметнулось до потолка. Воздух задрожал от напряжения.

Я не заметила, как мы оказались на кровати.

Он нависал надо мной — чёрные волосы упали вперёд, обрамляя лицо с горящими золотом глазами. Он смотрел на меня так, будто я была самым ценным сокровищем в мире.

— Ты даже не представляешь, как долго я ждал, — прошептал он, целуя мою шею. Губы скользнули по ключице, ниже, к груди. — Сколько ночей я смотрел на тебя из тьмы. Сколько раз звал — но ты не слышала.

— Я не знала…

Его руки скользили по моему телу, каждое прикосновение отдавалось жаром. Он стянул лямку платья с моего плеча, губами провёл по ключице, ниже, к груди. Я закусила губу, чтобы не застонать — но он услышал и усмехнулся.

— Не сдерживайся, Анна. Я хочу слышать тебя. Хочу знать, что ты чувствуешь. Каждую секунду.

Его слова проникали в самую душу, ломая последние барьеры. Я перестала бороться — с ним, с собой, со сном. Я просто позволила себе чувствовать.

Его губы нашли мои — снова, глубже, отчаяннее. Я запустила пальцы в его волосы — они были мягкими, живыми, настоящими. Его руки скользнули по моим бёдрам, приподнимая подол платья. Ткань зашуршала, поддаваясь его нетерпеливым пальцам.

— Ты прекрасна, — выдохнул он мне в губы. — Самая прекрасная женщина из всех, что я видел за пятьсот лет.

— Я обычная, — прошептала я. — Меня бросил муж. Я никто.

— Ты — не никто, — его голос стал твёрже, почти сердитым. — Ты — Анна. Ты — та, кто разбудила меня. Ты — моя истинная пара. И я не позволю тебе так говорить о себе.