Книга Развод. В ловушке Сумеречного Генерала, страница 45 – Алена Питт

Я обошла особняк. Комнату за комнатой, зал за залом.

Бальный зал — пуст. Хрустальная люстра висела неподвижно, ни одна подвеска не дрожала. Пол был холодным, серым, без единого следа.

Библиотека — пуста. Книги стояли на полках ровными рядами, но воздух был спёртым, будто здесь не открывали окна десятилетиями.

Музыкальная гостиная — пианино молчало, крышка закрыта, клавиши пожелтели ещё сильнее, чем вчера.

Я вернулась в малую гостиную, где мы сидели прошлой ночью. У камина, на полу, всё ещё лежал плед — клетчатый, шерстяной, тот самый, которым он укрыл меня. Я подняла его, поднесла к лицу, вдохнула — и почувствовала его запах. Слабый, почти неуловимый. Дым, дерево, его парфюм.

На столе — тяжёлом дубовом столе у окна — лежала записка.

Белый лист, сложенный пополам. На нём — твёрдый, уверенный почерк с наклоном вправо, чёрные чернила, перо. Настоящее перо, не шариковая ручка. Я взяла листок дрожащими пальцами.

«Прости. Срочно вызвали по делам клана. Вернусь, как только смогу. Чувствуй себя как дома. Алекс».

Я перечитала её пять раз. Слова были вежливыми, тёплыми. «Чувствуй себя как дома». «Вернусь, как только смогу». Никаких обещаний. Никаких сроков. Просто — «прости».

Внутри меня разрасталась холодная пустота. Она начиналась где-то в груди, в районе солнечного сплетения, и медленно расползалась в стороны, заполняя лёгкие, сковывая горло, поднимаясь к глазам. Я опустилась на стул. Провела пальцем по буквам, чувствуя, как бумага вдавливается под нажимом пера — он писал с силой, может быть, даже со злостью. Или с сожалением.

«Он ушёл», — зашептал внутренний голос, тот самый, который я ненавидела всем сердцем.

«Он оставил тебя. Как и все».

Я зажмурилась, сильно, до искр в глазах. Сжала записку в кулаке, смяла, потом разгладила, бережно. Положила на стол.

— Нет, — сказала я вслух. Голос прозвучал хрипло, но твёрдо. — Я не буду слушать этот голос. Он вернётся.

Но в глубине души я уже знала: я вру себе.

Я заставила себя собраться.

Умылась холодной водой из-под крана в старой, допотопной раковине на кухне. Вода была ледяной, обжигающей — такой холодной, что щипало кожу, и от этого становилось легче. Причесалась пальцами — расчёски у меня с собой не было. Привела себя в относительный порядок. Надела пиджак — мятый, но приличный.

Я позвонила начальнику.

— Павел Андреевич, это Анна. Я сегодня буду позже — нужно забрать документы.

— Ань, всё отлично! — голос его звучал бодро, даже радостно. — Я вчера подписал договор с графом Бальмондом. Ты просто чудо, как ты его охмурила! Такой клиент! Ты справишься с проектом? Я на тебя рассчитываю, никто кроме тебя не потянет такой объём.

— Справлюсь, — ответила я, чувствуя, как слова даются с трудом, как голос дрожит на последнем слоге. — Я справлюсь.

— Молодец! Жду в офисе.

Я нажала отбой и долго смотрела на чёрный экран телефона. Справлюсь. Я всегда справлялась. Работа была единственным, что держало меня на плаву в последние три года.

В офисе я пробыла недолго.

Забрала чертежи, документы, ноутбук — всё, что нужно было для работы над проектом. Коллеги смотрели на меня с любопытством — я чувствовала их взгляды на себе, когда проходила по опенспейсу. Новость о том, что я «охмурила» графа, уже облетела весь отдел. Кто-то улыбался одобрительно, кто-то с завистью, кто-то с осуждением.