Онлайн книга «Желание богов»
|
Собеседник пнул камешек и мрачно пробормотал: — Вот поэтому я и говорю: лучше бы госпожа послушала Бога-Отца и пошла учиться. Пока она здесь, все эти наглые цветы издеваются надо мной, пользуясь ее благосклонностью… Внезапно поднялся ветер. Юноша в сине-зеленом тут же замолчал. — Вонючий Шуан Хэ! Опять меня поносишь?! – раздался звонкий и гневный девичий голос. В воздухе появилась красавица в темных одеждах. Юноша в сине-зеленом отступил на шаг: — Я просто болтал с Сюэ И! Что значит «тебя поношу»?! Юноша в белом, названный Сюэ И, устало посмотрел на спорящих и перевел взгляд на ребенка. Неподалеку от малыша теперь стояла желтая фигура – спиной к ним, в широких одеждах, скрывавших стройный силуэт. Черные, как вороново крыло, волосы не были собраны в прическу или завязаны в узел, так что по спине было трудно определить пол. Сюэ И сделал несколько шагов вперед: — Госпожа. Прекратившие перепалку Шуан Хэ в сине-зеленом и Гу Жун в черном тоже подошли. Фигура в желтом их, конечно, услышала, но лишь слегка подняла правую руку, жестом веля отступить. В широком рукаве мелькнули пальцы – белые, как снег, очень изящные. Определенно не мужские. Неизвестная госпожа присела перед ребенком, рассматривая его, затем сказала: — Милый. Ее голос походил на ручей, бегущий по весне сквозь туман в горах, – мягкий, звонкий, легкий, почти неосязаемый, будто неземной. Ребенок растерянно смотрел на нее, словно не понимая, что обращаются к нему. Но ей, кажется, понравилось это обращение. — Милый, – она погладила его по голове, – хочешь пойти со мной? Горло ребенка, возможно, пострадало от дыма, поэтому его голос звучал хрипло: — Не хочу. – Он крепче сжал свой ножик, отступая. – Я хочу найти отца и матушку! Я хочу быть с ними! — Это просто, – ответила незнакомка. – Твое племя погибло, родители тоже. Мы можем взять их прах с собой. До ребенка дошел смысл ее слов. Осознав потерю, он вдруг широко распахнул глаза, уголки их покраснели, и по перепачканному детскому лицу покатились крупные слезы. Малыш всхлипнул, но сразу же сжался, беспомощно глядя на божество перед ним. Вот только слезы все текли и текли. Богиня, казалось, удивилась: — Почему ты так плачешь? Хоть ребенок был мал, он уже понимал горечь утраты. Горе сдавило его горло, не давая словам вырваться наружу. Богиня в желтом повернула лицо к троим стоящим в ряд юным спутникам. Впрочем, сказать «лицо» было бы не совсем точно, ведь его скрывала изысканная маска из зеленого нефрита. — Я знаю, что у людей есть семь чувств, – прозвучал ее голос, полный искреннего любопытства, – но не ведала, что привязанность к родителям может быть столь сильной. Помолчав, она добавила, словно жалея плачущего малыша: — Можете ли вы утешить этого милого ребенка, чтобы он больше так не плакал? Ближайшая к ней Гу Жун надула губки, в глазах ее вспыхнула обида: — «Милый», «милый»… Почему госпожа никогда не называла меня так ласково?! Топнув ногой, она развернулась и убежала. Шуан Хэ, глядя ей вслед, остолбенел: — Неужели она… ревнует к ребенку?! Оглянувшись на госпожу, он понял: утешать ребенка она поручила им троим, но Гу Жун убежала, бросив их с Сюэ И вдвоем… Шуан Хэ воскликнул: — Госпожа, я не умею утешать детей! Я ведь лотос, мне неведомы людские чувства. – Затем робко предложил: – Может, дать ему поплакать? Само пройдет? |