Книга Желание богов, страница 100 – Тан Ци

— Ваше высочество… – робко позвал даос, но принц будто не слышал.

Перед его внутренним взором вновь вставали образы из памяти Цзи Минфэна… нет, Ди Чжаоси. Он вспомнил то, что видел у того на сердце.

Потоки воды Реки Загробного мира пробудили воспоминания повелителя людей, и, пока тот еще не очнулся, Лянь Сун смог увидеть их без сопротивления. Когда он проник в море его сознания, ему не пришлось использовать технику сокрытия, чтобы пробиться сквозь защиту разума Ди Чжаоси. Стародавние воспоминания сами по себе нахлынули, словно волны.

Все случилось в сумерках. Мрачное небо, словно перевернутый котел, нависало над равниной. Племя, живущее на этой равнине, только что беспощадно истребили – повсюду были видны кровь и куски тел. Полыхал огонь. Из полуобгоревшего главного шатра выполз крохотный человеческий ребенок.

Лет трех-четырех, с перепачканным лицом, он сжимал в руках маленький изогнутый нож. Едва выбравшись наружу, он заметил мэнцзи – похожего на пантеру огромного зверя с белой шерстью и пятнистым лбом, который пожирал свежий труп. Малыш замер. Хищник тоже его учуял и поднял голову.

Сквозь дым и огонь ребенок и зверь встретились взглядами.

Малыш напряженно сжал губы и медленно поднял нож. Это будто взбесило зверя, и он с ревом бросился вперед.

В тот миг, когда когти уже должны были разорвать плоть, в воздухе вспыхнул свет. Мэнцзи, влетевший в сияние, мгновенно обратился в пепел.

Из света вышли двое юношей. Один в белом, оглядевшись, вздохнул:

— Еще одно человеческое племя, пострадавшее из-за этой войны.

Юноша в сине-зеленых одеждах презрительно скривился:

— Люди слабы, они всегда зависели от богов. Теперь, когда боги, демоны, духи и темные ведут бесконечные войны, как маленькое людское племя может остаться в стороне? Они неизбежно будут страдать. Хотя, если так пойдет дальше, они и впрямь скоро вымрут.

Юноша в белом смотрел на ребенка, который с опаской наблюдал за ними.

— Госпожа говорила: стоит спасти этого ребенка – и человеческий род не исчезнет.

Его собеседник тоже уставился на малыша, задумчиво потирая подбородок:

— Точно он? Госпожа не ошиблась в расчетах? Кстати, где она сама?

Незнакомец в белом опустил глаза:

— Бог-Отец снова пришел в горы Гуяо, уговаривает ее поступить в школу Стоячих вод. Наверное, госпожа пытается с ним сладить, вот и задержалась.

Юноша в сине-зеленом закатил глаза:

— И почему Бог-Отец все не сдается? Его отвергали раз десять! Госпожа не любит учебу: сто раз приди – она не согласится. – Он вздохнул. – Хотя, возможно, ей и правда стоило бы пойти, хоть оторвется от этого своего увлечения. В конце концов, она тратит все силы на сбор диковинных цветов со всех восьми пустошей, и чем дальше, тем больше это походит на одержимость. Если слишком потакать этим цветочкам, они сядут ей на шею.

Второй юноша укоризненно сказал:

— Хватит нести чепуху.

— Какая чепуха? – Юноша в сине-зеленом почесал нос. – Разве ты забыл, почему госпожа скрывает лицо под нефритовой маской? Именно потому, что хотела пересадить Гу Жун с ее родной горы Бочжун к нам на Гуяо. Но та, завидуя ее красоте, потребовала, чтобы госпожа поклялась никогда не показывать свое истинное лицо. И та согласилась!..

Юноша в белом кашлянул:

— Не говори так о Гу Жун. Она просто немного избалована. К тому же госпожа до сих пор любит ее больше всех. Если она узнает о твоих словах, устроит на Гуяо переполох. Госпоже это не понравится.