Книга Желание богов, страница 129 – Тан Ци

Но что с того?

Третий принц не раз исследовал ее душу – вывод всегда был один: она всего лишь смертная. Разве может он из-за собственных чувств вовлекать ее в этот порочный круг? Нет. Он не боялся. Он не испытывал нежелания.

Он просто не мог.

Пусть останется смертной. Пусть проживет череду перерождений. Трудности смертной жизни – ничто по сравнению с муками союза с богом. Лучше бы они никогда не встретились.

Бог воды медленно сел, потирая виски и собираясь уйти. Но в момент, когда он поднялся, обрывки сна мелькнули в памяти. Он замер.

Сон был бессвязный и какой-то бессмысленный.

Там они с Чэн Юй не дошли до нынешнего разлада. Она по-прежнему ему доверяла. Вернувшись с победой, он первым делом пришел в пагоду Десяти цветов. Служанка почему-то провела его в спальню. Он стоял у кровати – совсем как сейчас.

В тот миг послышались ее шаги, легкие, словно поступь олененка, скачущего по горной тропе. Дверь распахнулась, и она замерла на пороге, слегка запыхавшись от бега.

Он заглянул в ее сияющие, словно звезды, глаза. В следующее мгновение она уже бросилась в его объятья, будто тигренок. Не готовый к такому напору, Лянь Сун пошатнулся и сел на край кровати. Она же лишь рассмеялась, ничуть не смутившись.

Потом смех стих. Княжна обвила его шею руками, прижалась щекой к его плечу и прошептала:

— Братец Лянь, почему ты так долго? И ни одного письма! Я так волновалась, что переехала во дворец – только чтобы выпытать у императора хоть что-то о тебе. Во дворце совсем нечего делать… Я так по тебе скучала.

Ее слова звучали по-детски наивно, но каждое из них было наполнено такой привязанностью к нему, что его сердце растаяло.

— Виноват, – мягко ответил третий принц. – В следующий раз, когда уеду, буду каждый день писать А-Юй.

Но даже такое обещание ее не удовлетворило. Чэн Юй отстранилась, выпрямилась и, нахмурившись, посмотрела на него сверху вниз.

Обняв за талию, он притянул девушку к себе.

— Что такое?

Она слегка подняла подбородок, пытаясь изобразить надменность, но тут же опустила ресницы, желая разглядеть его лицо. Это противоречие делало ее невероятно милой.

— Я же сказала, что скучала, – пожаловалась княжна. – Почему ты не ответил, что тоже скучал? – Подозрительно сморщив носик, она добавила: – Неужели за все это время братец Лянь ни разу не вспомнил обо мне?

Отчасти в ее голосе звучала обида, но больше – нежное очарование.

Развеселившись, Лянь Сун щелкнул ее по носу:

— А ты как думаешь?

— Хочу услышать от тебя, – серьезно сказала она, нетерпеливо подталкивая. – Ну же, скажи!

— Хорошо, я очень скучал по А-Юй.

Это ее немного удовлетворило. Уголки девичьих губ дрогнули.

— Значит, мы очень близки, правда?

Он, конечно, кивнул:

— Да.

Вот теперь она была довольна. Снова обвила его шею руками и положила голову ему на плечо.

— Раз мы так близки, я открою тебе тайну.

— Тайну?

Ее голова все еще покоилась на его плече, а губы почти касались уха. От теплого дыхания шли мурашки.

— Тогда, у горячего источника, братец Лянь поцеловал меня… потому что любит?

Шепот прозвучал прямо в ухо, и он весь напрягся. А княжна обвилась вокруг него, как плющ или нежный ручеек. Ее голос становился все тише, превращаясь в сплошное искушение:

— Я тоже люблю братца Ляня. Очень-очень.

В этот миг в его голове будто взорвались фейерверки. Лянь Сун сжал ее в объятиях: