Книга Желание богов, страница 131 – Тан Ци

Лянь Сун долго молчал.

— Ее защитник не я, – наконец произнес он и взмахом руки создал в воздухе клубящийся туман.

Наставник государства недоуменно посмотрел на третьего принца.

Его высочество приподнял голову, вглядываясь в туман.

— Техника преследования тени должна была показать, где она находится. Но перед нами лишь пелена – значит, кто-то спас ее из потока и скрыл ее следы заклинанием. – Он сделал паузу, и его голос зазвучал ровно. – Если в ее судьбе и есть предназначенный защитник, то это именно он.

Способность скрыть следы госпожи от третьего принца говорила о невероятной магической силе. В голове наставника государства мелькнула догадка.

— Вы имеете в виду…

— Верно. – Третий принц по-прежнему смотрел в туман. – Я говорю о нем – Ди Чжаоси.

Наставник государства пробормотал:

— Значит, две недели назад в наводнении госпожу спас именно Ди Чжаоси… – Тут он вдруг вспомнил об одержимости Чжаоси княжной, и его охватил ужас. – Но, учитывая его чувства и желание обладать госпожой, разве он в самом деле отправит ее в Уносу, чтобы она вышла замуж за принца Миньда? – Чем больше даос думал об этом, тем сильнее тревожился. – Если бы он остался Цзи Минфэном, ради порядка в мире он, конечно, не похитил бы невесту, предназначенную для брачного союза. Но теперь он повелитель людей, и, судя по его дурному нраву, вряд ли он озаботится процветанием или упадком мира смертных… – Его мысли уже неслись вперед без остановки. – Самое страшное – если он, спася госпожу, вопреки ее воле, похитит или заточит ее… Да, это более чем вероятно! Иначе зачем ему скрывать княжну от нашего поискового заклинания? – Су Цзи был в отчаянии. – Ваше высочество, как вы думаете…

Но третий принц не дал ему договорить:

— Довольно.

Наставник государства закрыл рот, беспомощно наблюдая, как третий принц поворачивается и рассеивает висящий в воздухе туман. Как раз в этот момент в стеклянной лампе с треском вспыхнул фитиль, и третий принц, взяв ножницы, наклонился, чтобы его подрезать.

Наставник государства не мог понять: если Лянь Сун настолько бессердечен и судьба княжны, будь она жива или мертва, больше не волнует его, то зачем он сегодня пришел в пагоду Десяти цветов? Все эти дни третий принц был холоден и раздражителен, и даос не хотел лишний раз его беспокоить, но теперь не выдержал и со вздохом промолвил:

— Конечно, я понимаю: даже если Чжаоси заточит или похитит госпожу, это ее судьба. Просто мое сердце не выдерживает. Вы не желаете вмешиваться – и это естественно. Но мне все же непонятно: если вы уже не испытываете к госпоже ни капли жалости, зачем тогда пришли в ее дом?

Эти слова звучали почти что непочтительно, и, когда они сорвались с уст, наставник тут же осознал свою ошибку. Он постучал себя по лбу и с досадой пробормотал:

— Видно, сегодня я совсем утратил разум, несу вздор… Прошу, ваше высочество, не обращайте внимания.

Но третий принц обратил. Медленно подравнивая фитиль, он сказал:

— Да, я все еще не вполне могу отпустить ее. Это в природе вещей. Разве это противоречит моему решению не вмешиваться в ее судьбу?

«Не может отпустить», но лишь «не вполне». Наставник государства уловил смысл и на мгновение замер, не зная, что сказать. Все, чего он хотел сегодня, – это передать третьему принцу итоги гадания о судьбе Чэн Юй и спросить, стоит ли ей помогать. Теперь, когда его высочество ясно показал свое отношение, его дело сделано и Су Цзи может уходить.