Книга Желание богов, страница 154 – Тан Ци

Это осознание вызвало в сердце Чжаоси бурю. Он не сдержался и снова выплюнул кровь.

Чэн Юй тут же поддержала его и с беспокойством спросила:

— Ты в порядке?

Ее встревоженное выражение лица и заботливый голос не выходили за рамки приличий, но этого было достаточно, чтобы красивое лицо бесстрастного бога воды, напротив, еще сильнее исказилось от ярости.

И видеть его ярость было… занятно. На сердце Чжаоси, которое еще мгновение назад переполняли горечь и негодование, внезапно полегчало. Он приподнял бровь и, словно нарочно задевая больное место, обратился к третьему принцу:

— Раз его высочество появился здесь, значит, вы уже нашли пропавшую принцессу Яньлань и наконец успокоились. Неужели теперь у вас появилось время и настроение заодно поискать А-Юй?

— Заткнись.

Бог воды посмотрел прямо на него, в его голосе трещали северные льды.

Чжаоси хорошо помнил, как этот высокомерный и хитрый юнец выводил его из себя в лесу Даюань. Теперь, когда ему удалось так взбесить третьего принца, что тот утратил самообладание, он, конечно же, не собирался молчать.

Будто внезапно что-то вспомнив, Чжаоси, легко постукивая указательным пальцем по лбу, продолжил:

— Ах да, я чуть не забыл. Разве ты не обещал мне в лесу Даюань месяц назад, что, если я расскажу тебе о местонахождении госпожи, ты никогда больше не появишься перед А-Юй? Кажется, ты не сдержал свое слово.

Чжаоси злил его намеренно. Когда до Лянь Суна дошел смысл его слов, выражение его лица изменилось. Рука, сжимавшая нефритовую флейту, напряглась – на некогда белоснежной коже теперь отчетливо проступили вены.

— Не испытывай мое терпение, Чжаоси, – прозвучал его низкий голос, тихий и угрожающий. Гнев молодого бога был почти осязаемым: теплый весенний ветерок резко похолодел. – Ты сам прекрасно знаешь, насколько ценны были для меня твои слова в тот день. Как ты смеешь теперь обвинять меня в том, что я нарушил обещание?

Повелитель людей слегка удивился, на его лице промелькнуло множество выражений, прежде чем он без намека на теплоту усмехнулся:

— Действительно, тебя нельзя недооценивать.

Но третий принц уже о нем позабыл. Повернувшись к Чэн Юй, он больше не отводил от нее взгляда. Лянь Сун протянул руку, не занятую нефритовой флейтой. Его голос стал неизмеримо мягче, чем мгновение назад.

— Пойдем со мной, – сказал он. Тот, кто никогда не утруждал себя объяснениями, сегодня неожиданно добавил: – То, о чем он говорил… когда выйдем из этого мира, я все тебе объясню.

Чжаоси усмехнулся и язвительно фыркнул.

Но Чэн Юй не реагировала. Она молча стояла на месте, опустив голову, словно погруженная в свои мысли.

Молодой бог сделал шаг вперед и снова позвал:

— А-Юй.

Только тогда княжна словно очнулась. Легкий ветерок донес до них лепесток грушевого цветка, и взгляд Чэн Юй, проследив за его полетом, остановился на подоле ее одежд. Помолчав, она тихо, но настойчиво сказала Лянь Суну:

— Генерал, давайте поговорим.

Чжаоси пришлось удалиться.

Когда Чэн Юй попросила его оставить их наедине, тот с готовностью согласился, но нарочно снова кашлянул пару раз, выплюнув кровь. Чэн Юй не заподозрила его в уловке и, обеспокоенная, сказала Лянь Суну подождать. Она поддерживала Чжаоси всю дорогу до бамбукового домика и только потом вернулась к ручью.