Книга Ты меня бесишь, страница 60 – Екатерина Мордвинцева

Дэймон покосился на неё.

— Это не сон, — сказал он твёрдо. — Я здесь. Я настоящий. И я никуда не денусь.

— Я знаю, — улыбнулась она. — Просто привыкаю к счастью. Это сложнее, чем привыкать к несчастью.

Он протянул руку, сжал её ладонь.

— Привыкай. У нас впереди много времени.

Машина выехала на набережную. Солнце бликовало на воде, чайки кричали, город шумел где-то вдалеке. Обычный день. Обычная поездка.

А потом всё взорвалось.

Первый удар пришёлся по капоту. Машину подбросило, развернуло, бросило на ограждение. Дэймон выругался, пытаясь удержать управление, но второй удар — уже по боковому стеклу — разнёс его вдребезги.

— Ложись! — закричал он, толкая Лиру вниз.

Она упала на сиденье, чувствуя, как осколки стекла сыплются на спину. Вокруг гремели выстрелы — кто-то стрелял по машине из автоматического оружия. Дэймон выхватил пистолет, ответил, но силы были неравны.

— Их много, — процедил он сквозь зубы. — Придётся прорываться.

Он дал по газам, машина рванула вперёд, сбивая кого-то с ног. Лира подняла голову и увидела через разбитое стекло, что набережная заблокирована. Чёрные внедорожники перегородили дорогу спереди и сзади, из них выскакивали вооружённые люди. Много.

— Дэймон, — выдохнула она.

— Вижу, — рявкнул он. — Держись.

Он направил машину прямо в заслон, пытаясь пробиться. Стрельба усилилась — пули дырявили кузов, стекла сыпались градом. Лира вдруг почувствовала, как время замедляется. Не физически — внутри. Её дар просыпался, реагируя на смертельную опасность.

Она увидела ауры. Красные, агрессивные, пульсирующие ненавистью. Они окружили машину со всех сторон. И среди них — одна, серебристая, родная. Аура Дэймона. Она мерцала, и Лира вдруг поняла: следующая пуля попадёт в него. Прямо в сердце.

— Нет! — закричала она.

И время остановилось.

Мир замер. Пули, летевшие в машину, застыли в воздухе. Люди, бегущие к ним, замерли в странных позах. Даже ветер перестал дуть. Всё стало неподвижным, как фотография.

Лира не понимала, что происходит. Она просто чувствовала, как из неё вытекает сила — огромным потоком, опустошая каждую клетку. Вокруг машины возникло прозрачное мерцающее поле, которое отражало пули, не давая им пробить броню.

— Что… — выдохнул Дэймон, но голос его тоже замер в воздухе.

Она видела его лицо — удивлённое, испуганное, растерянное. Видела, как он пытается пошевелиться и не может. Видела, как его аура пульсирует — живая, тёплая, родная.

«Я должна спасти его, — подумала Лира. — Любой ценой.»

Она выплеснула остатки силы в щит, делая его максимально прочным. Пули, застывшие в воздухе, начали медленно падать на асфальт, не долетая до машины. А потом время рвануло вперёд.

Взрыв звуков, криков, выстрелов. Но пули больше не попадали в цель — щит держал. Дэймон выскочил из машины, стреляя на ходу, прикрывая их отход. Лира попыталась выбраться следом, но ноги подкосились.

Она упала на асфальт, чувствуя, как мир плывёт перед глазами. Сила ушла вся, до капли. Осталась только слабость, такая всепоглощающая, что она не могла даже пошевелиться.

— Лира! — закричал Дэймон, обернувшись.

Он увидел, как она падает, и рванул к ней, забыв о стрельбе. Подхватил на руки, прижал к груди.

— Лира! Лира, не смей! Слышишь? Не смей!

Она попыталась улыбнуться, но губы не слушались.