Книга Дерзкая для имперца: союзники поневоле, страница 49 – Наталья Нежданова

После насыщенной событиями ночи спим почти до обеда. Едва просыпаемся, в трактир приходят наши друзья из академии. Ликия приводит Шана.

— Пожалуйста, пусть он поживёт с нами! — умоляет Далия. — Он хотя бы залает, если кто полезет!

Скрепя сердце, оставляю ей своего пса. Понимаю, если какие-нибудь грабители вломятся в трактир, они ведь и малышку Танию не пощадят.

Аж слёзы наворачиваются, когда ухожу в академию. Но Шан послушен моим командам, да и Танию любит.

Фабиэн мрачен и сильно расстроен. Я разрушила его надежды. Знаю, что у меня вряд ли получится как-то его утешить. Но главное — он мне поверил.

— Представляешь, что станет с твоими родителями, если ты присоединишься к ним в тюрьме? — втолковываю я ему.

Обдумываю услышанное на сходке мятежников. Я искренне не понимаю, что за сила стоит за всем этим. И даже Фабиэн не может прояснить ситуацию.

В одном лишь уверена — такие, как Ригер, служат злу. И я точно не на их стороне.

Ликия забрасывает меня вопросами, почему я не ночевала в общежитии. Мой ответ, что я гостила у Далии, её явно не устраивает.

— А Фабиэн?

— Причём тут Фабиэн? — недоумеваю я.

И тут до меня доходит, что она имела в виду. Неужели она может думать про нас такие глупости? Не ожидала.

— Как ты относишься к Фабиэну? — спрашивает вдруг она.

— Нормально.

— И всё?

Кажется, я поняла, почему моя подруга об этом спрашивает.

— Я точно в него не влюблена! — отвечаю ей. — Он не в моём вкусе. Просто друг, которому я помогаю. Ты же знаешь про его родителей.

— Поклянись!

— Клянусь! Хочешь, посмотри с помощью ментальной магии, я тебя не обманываю.

— А он в тебя?

— По крайней мере он ничего такого мне не говорил!

Кажется, она к нему неравнодушна. Но разве это плохо? Надеюсь, Фабиэн переосмыслил свои прежние предрассудки и его не смутит то, что Ликия — из купеческого сословия.

Я же точно не воспринимаю его как мужчину. Если уж на то пошло, среди наших соседей по чердаку есть гораздо более привлекательные парни.

И всё-таки Арис явно на меня какую-то порчу навёл. Когда я вспоминаю, как он меня целовал, вместо ярости у меня порой возникают странные, невыразимые словами ощущения.

С одной стороны, он меня пугает и вызывает желание держаться подальше. С другой, я теперь всех остальных мужчин и парней невольно с ним сравниваю. И сравнение это явно в пользу Ариса получается.

Ровно через неделю опять собираемся у Далии всей нашей дружной компанией. Уже по дороге ощущаем какое-то странное напряжение, словно витающее в воздухе.

Обедаем, как обычно, но в академию не торопимся. Там, в общежитии, не очень-то пошумишь, а на улице уже холодновато.

Я играю в санс, стараясь сосредоточиться на правильных ходах и не думать о гнетущем меня предчувствии чего-то нехорошего. Шан лежит у моих ног.

Тоже какой-то беспокойный сегодня. Хотя, может, оттого, что целую неделю без меня пробыл. Понятно, его тут никто не обидит, но всё равно ведь по мне скучает.

Внезапно в трактир врывается какой-то человек и кричит, что в городе начался бунт. Прямо в Южном округе, где мы находимся.

— А как же городская стража? — спрашивает охваченная ужасом Далия.

— Послали уже туда, да говорят, что не только у нас полыхнуло.