Книга Поцелуй с откатом, страница 34 – Тина Солнечная

Он не дал мне и рта раскрыть для ответа. Одна его рука легко удерживала меня за бедро, другая скользнула к пуговицам на моей рубашке. Пальцы неторопливо, но с этим хищным нетерпением расстёгивали их одну за другой — я чувствовала, как тонкая ткань поддаётся, обнажая мою кожу холодному воздуху… и его горячему дыханию.

— Подожди… — я хотела сказать, что это слишком, что мы во Светлой Академии, где за такие вещи…

Но он уже склонился и закрыл мои слова поцелуем. Только не в губы — в грудь. Его губы скользнули вдоль линии белья, цепляясь за чувствительную кожу чуть ниже ключицы. Поцелуй был мокрым, почти обжигающим. Он будто пробовал меня вкусить, как запретный плод.

Мои пальцы сжались о край стола ещё сильнее. Тело выгнулось само — я чувствовала, как мои ноги цепляются за его талию, пятки скользят по его бёдрам, будто хотят притянуть его ближе, удержать, не дать отступить ни на сантиметр.

«Боже… — пронеслось у меня в голове, когда он целовал всё ниже, оставляя горячие, влажные дорожки на моей груди. — Как это… пошло…»

Я зажмурила глаза, судорожно глотая воздух.

«Он точно светлый?..»

Но стоило мне открыть рот, как он только усмехнулся прямо у моей кожи — жарко, дерзко — и вцепился зубами в край моей груди чуть сильнее, оставляя после себя горящее пятно.

Я не успела даже всхлипнуть — его зубы сомкнулись на нежной коже чуть сильнее, чем я ожидала.

В груди сорвался короткий, сдавленный вскрик, от которого воздух вырвался из лёгких.

Но он тут же сжёг меня своим ртом снова — жадно зализывая этот укус, будто сам не мог вынести и секунды, что во мне не горит этот жар.

— Тише… — мурлыкнул он прямо в кожу, прежде чем подняться обратно к моим губам. Он поймал мой рот поцелуем — глубоким, влажным, таким сладко-вульгарным, что я утонула в нём, сама раскрываясь, цепляясь за его плечи.

Его руки тем временем гуляли по моему телу. Я только почувствовала, как одна ладонь легко скользнула вниз — под мою юбку, между ног. Горячие пальцы нашли край трусиков, чуть дёрнули их вбок — и всё.

Я вздрогнула, когда его пальцы коснулись меня там, где я горела ещё сильнее, чем на губах и шее. Остро, влажно, так стыдно…

Я судорожно вдохнула прямо в этот поцелуй — и он усмехнулся, чуть дрогнув губами у моих.

— Такая мокрая… — пробормотал он, едва не мурлыча это мне в рот, пока два его пальца лениво скользили по моей влажной коже. — Ты даже не представляешь, как тебе идёт.

Я чувствовала, как всё тело поддаётся, как бёдра сами двигаются навстречу этим скользким, тёплым прикосновениям.

— Не смей… — хотела выдохнуть я, но вместо слов вырвался хриплый стон. Потому что он нашёл то самое место — маленький пульсирующий нерв — и нажал на него так сладко, что я чуть не распласталась прямо на этой чёртовой парте.

Мои бёдра подались ближе, я сама тёрлась о его пальцы — не в силах остановиться.

Господи…

В голове ударила мысль — яркая, жаркая, безумная: У меня никогда не было никого. Никто не трогал меня так… Что себе позволяет этот светлый? Но сейчас мне было всё равно.

Я цеплялась за его плечи и за этот жар, что он в меня вливал каждым движением пальцев.

Его пальцы продолжали скользить по мне медленно, дразняще — и я едва не рухнула спиной на стол, если бы не держалась за его плечи так судорожно. Внутри всё дрожало от этого ритма — горячего, стыдного, моего.