Книга Последний черновик, страница 64 – Лили Мокашь

Теперь она смотрела на меня сверху вниз – взглядом из-под опущенных пушистых ресниц, полным тепла и желания. Тонкие пальцы мягко коснулись моего лица, и по коже будто пробежал электрический ток, пробуждая каждую клеточку тела. Наши губы соединились сначала в мягком, а потом во все более требовательном поцелуе. Ее язык ласкал мой, приятно извиваясь.

Черт, мне всегда будет ее мало. Я хотел касаться Лизы. Блуждать по ее телу, открывать еще не изведанные точки ее удовольствия, но все, что я мог из такого положения, – это впиваться в неповторимо мягкие бедра, словно желая слиться с Лизой воедино, забраться к ней под кожу.

Я прислонил Лизу спиной к ближайшему дереву и прижал ее всем телом, отчего с ее губ сорвался сладкий, как вишневый привкус поцелуя, стон, и я вобрал его целиком, отдаваясь моменту.

Восхитительная. Безупречная. Моя.

— Я хочу тебя, – почти умоляя, шепотом сказала она и потянула зубами за мою нижнюю губу, срывая мои последние внутренние тормоза.

Его тепло передавалось мне даже через одежду. Запах Марка, как стойкий парфюм, обволакивал всю меня, будоража сознание и ту часть внутри, которую нельзя было выпускать наружу. Я упивалась поцелуем, стараясь заглушить голод и держаться за мысль, что передо мной не безликий пакет с кровью, а Марк: любимый, живой, желанный.

Я чувствовала его внутри, и каждое новое движение отдавалось в теле приятной волной, копя сладкое напряжение внизу живота, которое искало выход, разрядку. Пальцы заплетались в непослушные волосы, ногти скользили по коже, даря чувство полного обладания Марком.

Он был здесь ради меня. Душой и телом. Готовый пойти на все, лишь бы ликование животного удовольствия не прекращалось. Именно это делало его для меня другим, отличающимся от остальных людей, – мое удовольствие всегда стояло выше его, даже в любви. Он сдерживал себя, терпеливо ожидая, когда я получу свое, прежде чем сполна насладиться самому, а мне всегда нужно было чуть больше времени, чуть больше прикосновений и тепла, чтобы забыть обо всем, отдалиться от этого мира и замереть на его окраине, где были лишь мы вдвоем.

Его движения стали более напористыми. От удовольствия мне захотелось запрокинуть голову, и я почувствовала, как близка к высшей точке наслаждения. Я отняла руки от лица Марка и подняла над головой, пальцами цепляясь за ствол дерева на последних толчках. Я впивалась кончиками все сильнее, чувствуя, как близка к нирване, и кора трещала под пальцами от давления.

Последний резкий вдох, и по телу разливается теплая волна наслаждения, заставляя всю меня содрогнуться. Еще один толчок, второй, третий – и Марк догоняет меня, обессиленно уткнувшись лбом в мое плечо. Отдышавшись, он осторожно опустил меня на ноги.

— Ты как? Стоишь? – с искренней заботой уточнил он, осторожно придерживая меня за талию, и я кивнула, хотя голова кружилась. Свободной рукой Марк расправил мое платье, а затем, оглядев лицо, принялся аккуратно приглаживать на затылке волосы, поправляя прическу. Что у него самого в это мгновение волосы топорщились от моих ласк, а рубашка оказалась сброшена на одно плечо, его совсем не заботило, поэтому я принялась помогать Марку, чтобы мы оба обрели более-менее приличный вид. Впрочем, шансы избежать косых взглядов были крайне малы, после того как мы, не сдерживая себя, предались взаимным ласкам прямо посреди леса.