Книга Последний черновик, страница 77 – Лили Мокашь

Закрыв за собой дверь и выкрутив на максимум напор воды в душе, я рухнула на пол. Притворяться, что со мной все в порядке, я больше не могла, но, на мое счастье, теперь у меня хотя бы была возможность восполнить силы. Дойти до припрятанной в доме сумки-холодильника с кровью я не успела, поэтому решила воспользоваться тайником. Как хорошо, что Карина обо всем позаботилась.

Нащупав на защитном экране ванной стык, я приложила обе ладони к холодной плитке и уверенно нажала. Потайная дверца щелкнула и поддалась. Трясущимися руками я достала один из заготовленных пакетов с кровью из холодильника, в нетерпении оторвала зубами защитную шайбу и жадно принялась выжимать содержимое в рот. Густая кровь разливалась по языку, заставляя каждую клетку тела трепетать от наслаждения и силы, что разливалась вниз по горлу и наполняла меня жизнью.

Хорошо, что Карина позаботилась о тайнике до нашего заезда, иначе не представляю, как бы я выкрутилась. Я опустошила первый пакет быстрее, чем следовало бы. Он едва смог приглушить мою жажду, но не утолить, поэтому, недолго думая, я потянулась за вторым и на этот раз принялась вытягивать через трубочку кровь размеренно. Насыщение всегда приходило спустя какое-то время, однако удержаться и не разорвать все имеющиеся в моем тайнике пакеты стоило усилий – кровь была слишком хороша на вкус, и я устала терпеть жажду.

Останавливало меня лишь то, что я знала, как опасно поддаться искушению. Особенно когда прямо за дверью находился Марк. Вампир может быть сколько угодно осознанным и сильным, вот только воля превращается в ничто, когда доходит до ража охоты: он туманил рассудок, да так быстро, что ты не успевал заметить, как клыки вонзались в новую жертву.

Я хорошо помнила это чувство. Однажды я уже поддалась ему после того, как испила мерзавца, который поджидал меня на парковке. О нем я не сожалела: его душа была темна, а жизнь лишена смысла. Только жестокость пронизывала его сердце. Он не мог принести в мир больше ничего, кроме страданий, и я его убила.

Мне казалось благородным и правильным быть более избирательной в том, кем я питаюсь. Близость Марка позволяла мне разглядеть в людях новые грани, ведь чем лучше я узнавала его самого, тем легче начинала подмечать в других смертных черты, делающие их выше статуса расходного материала для вампиров и прочей нечисти, чья жизнь напрямую зависела от чужой крови. Я гордилась своим выбором и тем, что за три месяца ни разу не сорвалась… вплоть до того дня.

Я запомнила на мероприятии девушку с малиновыми волосами, которая, мило улыбаясь, попросила меня о совместном фото. Ее глаза блестели в свете софитов россыпью тысячи звезд. Как такой было отказать? Мы мило, хоть и коротко, пообщались. Она мечтала стать писательницей, и мне хотелось верить, что однажды она создаст прекрасный роман. Может, не великий, но как минимум такой, что дотянется силой слова до чужих сердец и разожжет в них огонь, который не уступит блеску в ее собственных глазах.

Однако в тот день судьба решила вложить поводья колесницы в мои ладони. Узнать, совладаю ли я с собой. Подведет ли моя гордыня. И она, увы, подвела.

Никто не мог знать, что эта девушка окажется не в том месте и не в то время, но именно так и произошло. Когда на моих губах еще не обсохла кровь моей жертвы, в дверях пожарного выхода показалась она. Представляю, как ее удивило открывшееся зрелище: писательница, с которой она полчаса назад фотографировалась на встрече, стояла, залитая чужой кровью, в свете уличных фонарей, со сладкой улыбкой на губах – у меня всегда бывала такая улыбка после удачной охоты, а в тот момент я еще была довольна и тем, насколько правильно все сделала, ведь только что на свете стало на одного паразита меньше.