Книга Песнь сердца и пепла, страница 145 – Анастасия Левальд

Паника и страх затихали, уступая месту мирному сну. Он настойчиво забирал Авилу в свой плен.

Тайро проснулся раньше Авилы и аккуратно, стараясь ее не разбудить, поднялся. Солнце пробивалось через окно и словно стремилось заполонить собой комнату, прогнать тьму, оставшуюся с ночи. Он задержался, нависнув над Авилой, нежно провел рукой по ее щеке, убирая выбившуюся прядь светлых волос, и невесомо поцеловал в макушку. Взгляд пал на слегка раскрытую ладонь возле лица. Он заинтересовался чем-то темным в ее руке и потянулся посмотреть. Авила держала в руке черный без единого просвета камешек. Он грустно вздохнул и положил его на тумбу возле кровати. Он все понял – камень вобрал всю ту боль, от которой болела ее душа, и, вероятно, только так она смогла уснуть.

За дверью послышался грохот и движение. Кажется, он далеко не единственный уже бодрствовал. Ударив ладонями по щекам и несколько раз потерев глаза, чтобы окончательно проснуться, он вышел из комнаты. Оказалось, что все уже были на ногах. Зара и Дарион гремели в погребе. Атрей сидел за столом и рассматривал какие-то бумаги, внимательно вчитываясь в каждое слово. Юфеймиос же сидел на пороге перед открытой дверью в дом и смотрел в лес, будто пытался там что-то найти.

Прохладный хвойный ветер проникал в дом и приносил с собой свежесть, но тревога витала в воздухе, ее ощущали все, хоть и пытались скрыть и, главное, скрыться в череде забот.

— Нужно собрать совет. – Атрей первым разрушил тишину и поднял голову на Тайро. – Буди Авилу, если она еще не встала.

Тайро напряг скулы и сдвинул брови, смотря в сосредоточенный профиль Атрея. Нашелся командир. Тайро хотелось выбить из него эту привычку раздавать приказы и ждать беспрекословного подчинения.

— Сначала нужно добыть еды, – прохрипел Дарион, поднимаясь по лестнице. – У вас закончилась еда. – Он вышел из погреба и поставил руки в боки, будто пародировал волшебника. – А ты не можешь наколдовать нам столичных вкусностей? – Он развернулся к Юфеймиосу.

— Могу, – пожал тот плечами, – они будут вкусными, но не насытят. Иллюзия.

— Я пошел на охоту, – спокойно кивнул Тайро и прошел к колчану и стрелам на тумбе возле входной двери.

— Вместе пойдем. – Дарион ринулся к выходу, но Тайро его тут же остановил, подняв руку вверх.

— Нет, останься. Я сам.

Повесив на плечо колчан, Тайро вышел из дома и глубже вдохнул запах листвы и зелени. Он незамедлительно направился в глушь. Тишина радовала и приносила то самое умиротворение души, по которому он успел уже соскучиться. В его доме никогда не было настолько людно. В его голове никогда не было столько сомнений и тревог. Тайро привык к свободе, он привык к тому, что на него не обращали внимания. Даже родной отец. Потому теперь, когда к нему приковано слишком много взоров, ему становилось не по себе.

Тайро отошел далеко от дома, прежде чем остановиться. Он прикрыл глаза и прислушался. Листва высоких крон шуршала под потоками ветра, где-то слышалось пение птиц, а может, и их ссора. Журчала маленькая шустрая речка. Где-то справа хрустнула веточка, и Тайро открыл глаза. Он медленно, не желая издавать ни единого лишнего звука, направился на звук, сильно прижав крылья к спине, чтобы не задевать ими ветки и кусты.