Книга Сияние вечного пламени, страница 201 – Пенн Коул

— Мир не черно-белый, как мы с тобой думали в детстве, – призналась я. – Среди Потомков есть хорошие. Есть даже такие, кто хочет покончить с несправедливостью не меньше нашего. Есть злые, какими мы их представляли, но ведь… – Я глянула на Вэнса, отметив, как мрачно он издалека на нас смотрит. – То же самое можно сказать и о некоторых смертных.

Генри ссутулился, судя по виду, ему было очень не по себе.

— Ди, прости меня. Я пошел на поводу у своего гнева, и все сильно вышло из-под контроля.

Я оплела руками пояс Генри и уткнулась ему в грудь, желая почувствовать его близость и понять, что он не исчез навсегда. Генри притянул меня к себе, и напряжение схлынуло из его мышц. На один блаженный миг мне почудилось, что мы вернулись назад во времени, вернулись в пору, когда наша любовь была не осквернена войной и не обременена короной.

— Я скучаю по тебе, – шепнула я. – Ты был моим лучшим другом, а потом вдруг… исчез.

— Мне очень жаль, что так получилось, – прошептал Генри мне в волосы. – Я хочу быть совсем другим человеком. – Он отстранился и прижал ладонь к моей щеке. – Давай оставим все это в прошлом, простим друг друга и начнем сначала. С чистого листа.

Я растянула губы в слабой улыбке и кивнула:

— Мне хотелось бы этого.

Генри легонько приподнял мне голову и прильнул губами к моим. Этот поцелуй получился нежным, мягким, сильно отличающимся от судорожного безумия предыдущего. Тот поцелуй был мольбой, залогом того, что я могла бы предложить Генри, согласись он со мной остаться. Этот поцелуй был мольбой о другом.

Застонав, Генри углубил поцелуй. Он сильно стиснул мне талию, и, удивленно распахнув глаза, на другом конце поляны я увидела два знакомых серо-синих озера, бурных и переполненных эмоциями.

Сожалением. Обидой. Болью утраты.

Таран за плечо тащил Лютера прочь с поляны, заставляя его отвести взгляд.

Я отстранилась так резко, что вырвалась из объятий Генри. Тот недовольно нахмурил лоб.

Внезапно мне захотелось оказаться где угодно, только не здесь.

— Завтра, – шепнула я, отступая на шаг. – Встретимся завтра на закате. В бухточке, где собирали устриц.

— Дием…

— Мне нужно идти. Я… встретимся завтра.

Я развернулась и побежала – через лес, мимо Смертного Города и по дороге во дворец. Растерянные стражи кричали, Перт гнался за мной, умоляя сбавить темп, а я бежала, бежала и бежала. Я не останавливалась, пока не вернулась к себе в покои, жадно ловя воздух ртом под пристальным вниманием темно-золотых глаз Соры.

Но как отчаянно ни старалась я убежать от проблем, определенные истины, преследующие меня, грозили вот-вот нагнать.

— Попробуй снова.

— Я уже десять раз пробовала.

— Так попробуй в одиннадцатый.

— Вчера я двадцать раз пробовала. И позавчера, и позапозавчера. Ничего не получается.

— Тебе нужно больше стараться.

— Только и всего? Что же ты сразу не посоветовал?

Мы с Тараном недовольно смотрели друг на друга с разных концов подземной тюрьмы. Мои тренировки магической силы шли, мягко говоря, не слишком успешно. В реальности они вообще почти не шли. После бесконечных ежедневных тренировок я не могла показать ни искры света.

Изначально Аликс и Таран были настроены благосклонно и списывали мои неудачи на последствия горя, но их терпение – и мое тоже – понемногу таяло. Таран сменил тактику – решил провоцировать выбросы силы, подначивая меня все более по-ребячески, и я отвечала так же.