Книга Сияние вечного пламени, страница 212 – Пенн Коул

Реми скользнул взглядом мимо Лютера ко мне и прищурился. Лютер предостерегающе поднял меч, воздух затрещал от его магической силы, а Таран еще дальше толкнул меня себе за спину.

— Тебе повезло, что я не могу оспорить твои права, – пробормотал Реми, и я вскинула подбородок:

— Зачем ждать? Я сражусь с вами прямо сейчас.

Реми улыбнулся, явно обдумывая такую возможность.

— Тебе придется убить нас обоих, – предупредил Лютер. – Ты уверен, что Блаженная Мать снова остановится на Корбуа, если ты уничтожишь двух ее избранников подряд?

Слова Лютера попали в цель. Реми сделал шаг назад, поправил свой камзол, и на лице у него воцарилось обычное дипломатическое спокойствие.

— Мне вряд ли нужно пачкать руки такими вещами, – холодно проговорил он. – Если судить по прогрессу тренировок ее магической силы, Оспаривание скоро избавит меня от нее.

Лютер, Аликс и Таран замерли и обменялись смущенными взглядами.

— Ты ничего не знаешь, – не слишком уверенно проговорил Лютер.

— Я знаю больше, чем ты думаешь, – Реми развернулся и спокойно пошел к двери. – Подземные тюрьмы охраняются плохо, практически кто угодно может проскользнуть и спрятаться в тенях. Если бы только наш Верховный генерал зорче следил за безопасностью, – Реми остановился у двери, – отец королевы мог бы быть еще жив.

При упоминании отца терпение лопнуло, и из меня вырвалась ярость. Таран едва успел оплести мне грудь руками и удержать, не дав броситься вперед, молотить руками и рычать самые грязные ругательства в моем репертуаре.

Только Реми моя ярость не интересовала. Его колкость была нацелена на сына и, судя по тому, как Лютер опустил меч и понурил голову, тоже попала в цель.

— Ни на секунду не думай, что не заплатишь за это предательство, сын, – пригрозил Реми. – Хоть коронуют ее, хоть нет.

Реми ушел, и никто не сказал ни слова. Лютер стоял к нам спиной, глядя на открытую дверь. Меч он по-прежнему держал в руке, и лишь плечи, быстро поднимающиеся и опускающиеся, выдавали бурю, что назревала у него внутри. Казалось, мы все затаили дыхание и ждем.

Когда Лютер наконец повернулся к нам, его гнев смягчился, взгляд стал сосредоточенным. Он пристально осматривал нас, одного за другим, и резко отдавал приказы, оспорить которые не смогла бы даже королева.

— Элинор, останься с Лили. Не подпускай ее к моему отцу.

Элинор быстро кивнула.

— Аликс, на тебе Теллер. До Оспаривания постарайся держать его подальше от посторонних глаз.

— Поняла, – отозвалась Аликс.

Долгую, мучительную секунду Лютер смотрел на меня, потом повернулся к Тарану.

Убрав меч в ножны, Лютер хлопнул кузена по плечу и пронзил суровым взглядом:

— Не спускай с нее глаз. Даже на мгновение.

— Не спущу, – пообещал Таран. – Со мной она в безопасности.

Лютер не шелохнулся, буравя его взглядом в безмолвном вызове.

— Таран, – тихо проговорил он.

Теперь Таран положил ему руку на плечо и как следует тряхнул:

— Я понимаю, кузен. Жизнью за нее отвечаю.

Лютер резко выдохнул и, отстранившись, направился к двери.

— Погоди! – крикнула я и подбежала к нему.

Сперва Лютер остановился, словно потерявшись во мраке своих мыслей. Я потянулась к его руке, и, едва коснувшись друг друга, мы оба замерли.

— Ты впрямь думаешь, что Реми навредит Лили или Теллеру?

— Нет, – ответил Лютер, – однако рисковать я не намерен.