Книга Зов чёрного лебедя, страница 139 – Мария Устюженко

Когда Мирослава прошла мимо людей, то обратила внимание, какой влажно-сладкий и сырой воздух вокруг — снова приближался дождь и, возможно, гроза. Но на этот раз настоящая — та, которая вряд ли способна покинуть эти места по желанию хозяина леса.

Теперь Мирослава почти была уверена, что смерть колдуна имеет отношение к видению Ингрид. Но это не означало, что убийца готов на этом остановиться. Необходимо было во что бы то ни стало поймать его, чтобы это дело, наконец, закончилось.

Звери и птицы спешно возвращались в свои норы и дупла, предчувствуя непогоду. Мирослава отвлеклась и стала наблюдать за шевелением вокруг себя — где-то мелькала небольшая тень среди деревьев, в траве кто-то шелестел, а у крон деревьев хлопали крыльями птицы — этот отзвук привычно находил отклик глубоко у неё внутри. Ветер с силой трепал над её головой листву и пока лишь слабо развивал волосы. В чаще было свежо — чистый воздух наполнял лёгкие Мирославы и немного расслаблял напряжение в груди. Он не забирал тяжесть и волнение, но всё же, пусть и чуть-чуть, помогал очиститься от тревог.

Чувствовал ли то же самое убийца? Или он, перейдя черту, перестал слышать жизнь вокруг себя, лишился души и потому разучился замечать прекрасное? Мирослава содрогнулась от этой мысли. Тогда бы ему оставалось лишь жалкое и бессмысленное скитание в мешке, полным костей и сухожилий.

Выйдя, наконец, к озеру, она постаралась собраться и не поддаваться своему вечному к нему влечению. Мирослава стала вглядываться в тонкий слой тумана, который неожиданно стелился на поверхности, а не в саму гладь озера. Как и совсем недавно Линнель с Эрно, она подошла к воде и достала из кармана суховатый хлеб, одолжённый в доме у колдуна. Мирослава надеялась, что это не совсем бессовестный поступок.

— Хозяин озера, прими этот скромный дар и, пожалуйста, явись на мой зов, — вежливо попросила она, опуская хлеб в воду, который тут же, стремительно подхваченный мальками, стал двигаться к глубине.

Мирослава села на песок и приготовилась ждать столько, сколько потребуется, несмотря на тёмные тучи над головой. Возле воды было прохладно, а ветер, у которого больше не было преград, со свирепой настойчивостью бросался Мирославе в лицо, но она откуда-то знала, что он не злится на неё, а предупреждает о предстоящей опасности.

К её удивлению, спустя совсем недолгое время вода забурлила, образовав вокруг себя мягкую белёсую пену и прогнав туман.

Оттуда прозвучал напевный звонкий голос женщины:

— Не люблю туман! Не люблю, когда хозяин озера пребывает в таком настроении, а тут ещё и дети леса с такими оскорбительными дарами!

Вода расступалась, поднимая волны, и чем больше они становились, тем громче и звонче становился женский голос.

Мирослава торопливо поднялась на ноги. В этот же момент из воды сперва показалась женская голова с тёмными и гладкими, намоченными водой волосами, глазами, подобно треснувшему голубоватому стеклу и бледным лицом, которое было настолько аккуратно и красиво, что точно не могло принадлежать человеку. Женщина чем-то невольно напоминала хозяина озера, но в то же время была совершенно другой. Она могла быть и не быть его сестрой — Мирослава не стала бы зарекаться.

Она уважительно поклонилась ей, и женщина одобрительно хмыкнула, а затем повелительно махнула рукой и Мирослава выпрямилась, продолжая глазеть на удивительной прелести хозяйку озера. Её обнажённое тело прикрывала пена, которой она игралась, то взбивая велением руки до пышной массы, то, почти возвращая ей жидкое состояние. Мирослава почему-то именно благодаря этому убедилась, что перед ней хозяйка озера. Она отличалась от своего мужа ещё и другим нравом — в её лице и жестах было пусть и столько же капризности, сколько и у супруга, но при этом взгляд у неё был осознанный и решительный.