Книга Моя! И это не обсуждается, страница 23 – Мила Гейбатова, Мила Синичкина

искусства», – думаю отстранено.

Я физически чувствую, как к головокружению и тошноте привязывается романтичный флер

чуждого мне желания, не испытываемого раньше ни к одному из встреченных на жизненном

пути парней. Мои мысли начинают путаться, очень сложно держать себя в руках и

сознании, когда помимо последствий от удара на меня набрасываются еще и последствия

от близости Милославского.

Опасной и одновременно желанной близости. Я вдруг хочу сорвать с себя амулет Элеоноры

и посмотреть, что произойдет дальше.

Последняя мысль, как ни странно, отрезвляет.

— Если ты не против, помоги мне, пожалуйста, встать, – Беру происходящее в свои руки,

возвращая себе контроль над самой собой и собственными эмоциями.

Подозреваю, что это ненадолго, и скоро я снова начну погружаться в бред, плохо

различая явь и вымысел. Зря отказалась от вызова врача, он мне точно необходим,

самой мне не справиться.

— Как раз за этим я здесь, – говорит Адам и с легкостью, как пушинку, поднимает и

берет меня на руки.

— Зачем? Я сама могу, – пытаюсь сопротивляться, но такая близость Альфы лишает разума

и силы воли начисто.

Кокон из нежности и безопасности окутывает, и мне нестерпимо хочется остаться на

руках у Милославского навсегда, настолько мне хорошо. Не замечаю, как кладу голову

на его плечо и слегка вдыхаю терпкий запах Альфы.

Удивительно или нет, но он делает тоже самое, а потом озадаченно и досадливо

бормочет:

— Да что ты будешь делать, опять не то, но я почти уверен.

— Почти уверен в том, что у меня сотрясение мозга, и меня нужно отвезти в больницу? Я

с тобой полностью согласна, – отвлекаю Милославского насущным.

Одна моя часть досадует на то, что я не дала альфе догадаться, не дала и шанса дойти

ему до нужной мысли. А вдруг это была бы судьба? А вдруг это была бы не просто блажь

и жажда обладания?

Но другая моя часть рада тому, что я еще в состоянии здраво мыслить. Сейчас не время

грезить своей влюбленностью и фантазировать о взаимности. Милославский необычный

Альфа, он кормит уток и покупает еду бедным пугливым студенткам. А еще у него есть

подруга.

— Да, ты абсолютно права, а я тут ерундой страдаю, – говорит Адам обеспокоенно и

срывается с места прямо со мной на руках.

Девчонки остаются позади, кажется, они что–то кричат, даже бегут следом, но я не

вслушиваюсь, я наслаждаюсь моментом. Когда еще мне удастся побывать в коконе

безопасности безнаказанно? А еще этот терпкий запах, как бы я хотела вдыхать его и

вдыхать, прикоснуться щекой к голой груди оборотня вместо его тонкого кашемирового

свитера, который, несомненно, очень приятен на ощупь, но это не голая кожа моего

спасителя, совсем не она.

— Мы поедем с вами! – раздается позади нас.

Я с неудовольствием отрываюсь от груди Адама и фокусирую свой взгляд на Насте и

Ксении, которые едва в состоянии отдышаться, до того быстро бежали вслед за нами.

— Мне все равно, – отрывисто бросает Милославский и заботливо усаживает меня на

пассажирское сидение.

Его рука задевает мою грудь, когда он пристегивает ремень безопасности, и что–то

непривычное и неизведанное по новой просыпается во мне. И вновь мне нестерпимо

хочется сорвать с себя мой амулет, пальцы уже тянутся к нему, мозг не в силах

противостоять, инстинкты и желания берут верх, пальцы уже совсем рядом с