Книга Измена. Право на истинную, страница 45 – Рин Рууд

— Точно, — Жрец поднимается на ноги и прихрамывая, шагает прочь, — о нем-то я и забыл. И ему-то бежать некуда.

Меня сжирает любопытство. Верховный Жрец доведет Вестара до истерики или же мой брат встряхнет старика? В темном коридоре, которое ведет к лестнице в подземелье я сталкиваюсь с Мариусом, который шарахается от меня и вжимается в стену:

— Альфа…

— Тебя отпустило?

— Не совсем…

Глаза у него на мокром месте и полны обиды. Жуткий, тощий старик смотрит на меня, как девка которой я залепил пощечину.

— Может, вы меня уже отпустите во свояси? И ради этого я готов поклясться на крови, что буду верен только вам, — тут его голос предательски дрожит, — и больше никаких сюрпризов… Сжальтесь, Альфа. Я понес наказание, и оно куда серьезнее, чем смертная казнь.

— Да ты что?

— Вы мне сердце вырвали, — переходит на шепот, а затем его глаза вспыхивают гневом, и он прижимает ко рту ладонь. Сердито бубнит. — Да чтоб тебя. Это не мое! Не мое!

— Пока отпускать тебя я не намерен, — невозмутимо отвечаю я. — Скоро Вестара накроет, Мариус, поэтому рановато тебе в лес бежать.

— Я не думаю, что вашего брата можно спасти.

— Я же не спрашивал, что ты думаешь, — вглядываюсь в его блеклые глаза. — Ты же ему тоже среди прочих продавал пыльцу, настоечки, сборы.

— Но я его предупреждал… Говорил, чтобы он не злоупотреблял.

— Мариус, — шепчу ему на ухо и чувствую, что могу себя не сдержать и сломать ему руку, — Верховный Жрец просит, чтобы я тебя ему отдал. Наверное, на эксперименты. Будешь ерничать, спущу на тебя этого бешеного старого волка.

— Понял, Альфа, — сдержанно отвечает Мариус. — Тогда я с вашего позволения загляну к лекарю?

Киваю, и Мариус торопливо семенит прочь, а я спускаюсь в подземелье и прячусь в тени, вслушиваясь в тихую беседу Верховного Жреца и Вестара.

— Теперь у него еще сыновья есть, — недовольно говорить мой брат. — Просто прелесть. Сразу двое сыновей.

— Завидовать плохо, — безапелляционно заявляет Жрец.

— А ты, рожа бородатая, в силах был тогда перевязать истинность на меня? — глухо рычит Вестар. — Я же тебе этот камень притащил, чтобы ты не подыгрывал Ивару! Это было доказательство того, что он дерьмовый муж, который не справляется со своими обязанностями, и я…

— А ты наркоман.

— Не уходи от темы!

— Илина не рассматривала тебя, как замену, — недовольно покряхтывает Жрец. — Да и зачем она тебе? Чтобы что? Чтобы в очередной раз какие-то свои комплексы погладить, а затем Илину уничтожить в своих гулянках?

— А, может, я влюблен? — ехидно и вредно отзывается Вестар. — И, может, любовь прелестной жены моего брата излечила бы меня?

— Нет. Она любила Ивара. И ты сам прекрасно это знаешь. И ты не от зависимости должен вылечиться, а от зависти к брату.

— Да он урод похлеще меня!

— Вот опять завидуешь.

— Ну, серьезно! Без Истинной рядом со своей ведьмой он бы загнулся, — рассерженно шипит Вестар. — И спился бы похлеще меня, а я, возможно, стал бы новым Альфой!

— Не стал бы.

— И у меня бы было два сына! И Илина бы влюбилась в меня, потому что… ну, как в такого не влюбиться? Да и вообще, она всегда ко мне неровно дышала…

Возможно, мне стоит Вестара закопать в лесу. Ровно до этого момента я его слова слушал с легкой пренебрежительной улыбкой. Я всегда знал, что он спит и видит, как я теряю власть, скатываюсь на дно и теряю все. Ничего нового, но его наглость не знает границ. Теперь он решил, что Илина ему симпатизировала. Вдох-выдох. Он — самоуверенный тупой болван.