Книга Рождество по-драконьи. Лучшие враги, страница 307 – Леси Филеберт

Видела, как Зигорра несётся сквозь толщу горы, разрывая камень, как она врезается в первое скопление червей, и те, даже не успев пискнуть, исчезают в золотом вихре. Она не просто убивала их — она пожирала. Поглощала... Превращала в ту самую энергию, что питала её саму.

Зигорра мчалась дальше, и я видела, как она огибает горные пики, пронзает ледники, ныряет в расщелины, о которых не знает ни одна живая душа. Везде, где копошилась эта мерзость, она оставляла за собой чистоту. Пустоту. С-с-смерть.

Она была прекрасна. Тысячи золотых лепестков, разлетевшихся в разные стороны, каждый из которых был смертоносным оружием. Они разрезали червей, впивались в них, высасывали досуха и не оставляли после себя ничего. Зигорра шла — я шла! — и оставляла за собой только чистый камень и лёд.

Время потеряло смысл. Час? Два? Пять? Сколько прошло? Я не знала. Я только пела и смотрела внутренним взором, как Зигорра вылетает к границе Валтарии с Пустынными Землями, туда, где стоит энергетический барьер, удерживаемый Светочами. Я видела их — бледных, измождённых девушек, что отдавали свои силы, чтобы защитить страну от грифонов. Я видела, как черви копошатся прямо под барьером, ослабляя его, питаясь его силой.

Зигорра врезалась в них с разгону. Барьер на миг вспыхнул ярче, и я увидела, как лица Светочей озаряются удивлением, а потом — облегчением. Груз, который они тащили на себе, вдруг стал легче. Намного легче.

Зигорра мчалась дальше. Она облетала всю Валтарию — огромную, необъятную страну, окружённую горами. Я видела каждый пик, каждое ущелье, каждую пещеру, где пряталась эта дрянь. И везде Зигорра оставляла после себя смерть.

Это было завораживающе красиво. Золотые лепестки, разлетающиеся в разные стороны, пронзающие камень, уничтожающие нечисть. Они танцевали в воздухе, переливались, искрились, и их танец был подобен северному сиянию — только смертоносному, очищающему...

Горы подо мной начали дрожать, не выдерживая магического резонанса.

Сначала слабо, едва заметно. Потом — сильнее. Снежные лавины срывались с вершин, с грохотом падали в пропасти, поднимая тучи снежной пыли. Камни сыпались сверху.

Но я не могла прерваться... Зигорра ещё не вернулась. Мне нужно было продолжать петь.

Горы дрожали всё сильнее. Это было похоже на вздох облегчения, будто сама земля выдыхала, освобождаясь от вековой ноши. Аномалии, что душили Валтарию, исчезали. Я чувствовала это каждой клеточкой тела. Воздух становился чище, магия — свободнее.

Зигорра приближалась... Я видела её золотой свет, чувствовала, как она несётся обратно, насытившаяся, уставшая, но довольная.

И вдруг гора подо мной исчезла.

Снег, камень, лёд — всё, на чём я стояла всё это время, превратилось в мелкую крошку и осыпалось вниз. Я не открыла глаз — не могла. Я всё ещё контролировала Зигорру, всё ещё вела её к себе.

И я падала...

Спиной вниз, в образовавшуюся пропасть, и ветер свистел в ушах, ледяной, пронизывающий. Но я не чувствовала страха. Было только одно — ожидание.

И в тот момент, когда я допела последнюю фразу, когда Зигорра врезалась в мою грудь, вернувшись, я открыла глаза.

Надо мной было небо. Чистое, синее, без единой тучки. Солнце слепило глаза... А подо мной была пустота.

Я выдохнула. Тяжело, облегчённо, устало. Прикрыла глаза.