Книга Герцогиня Эмили, страница 40 – Аурелия Шедоу

Она не ждала ответа. Развернулась и вышла, притворив дверь с тихим, но окончательным щелчком. Не хлопнула. Притворила. Как гробовую крышку.

В комнате повисла тишина, густая, как кисель. Даже солнечный луч, казалось, потускнел.

— Она не останется в герцогстве, — наконец произнёс Томас, его голос прозвучал непривычно громко в этой тишине. Он не смотрел на меня, глядя в пространство перед собой. — У неё есть родня на востоке. В Штауфене.

— Штауфен? — я заставила себя говорить, чтобы разбить ледяную скорлупу, сковывавшую горло. Мозг лихорадочно листал карту из наших дорожных разговоров.

— Да, — он кивнул, и его лицо стало ещё суровее. — Герцогство Штауфен. Им правит герцог Райнер фон Штауфен. Молод, амбициозен, беспокоен. У него с его светлостью… давняя неприязнь. Спорные участки границы у горных перевалов. Инциденты с контрабандистами, которых ловят то у нас, то у них, но мешки всегда оказываются штауфенскими. Райнер считает наши земли недостойно управляемыми и слабыми. Он — как ястреб, который кружит над ослабевшей добычей.

Он перевёл на меня тяжёлый взгляд.

— Гризельда со своим знанием наших распорядков, слабых мест в снабжении, настроений людей и с её личной злобой… будет для него бесценным подарком. Она не просто уедет. Она отправится с докладом.

Первая ласточка. Нет, не ласточка. Первая туча, тяжёлая и сизая, на горизонте только что расчищенного неба. Война за тёплую воду и человеческое достоинство неожиданно, в одно мгновение, обрела чёткие, угрожающие контуры на политической карте. В груди что-то холодное и тяжёлое сжалось в комок. Но вместе со страхом пришло и странное, леденящее спокойствие. Угроза обрела имя и адрес. А с именем и адресом уже можно работать.

— Что ж, — сказала я, и мой голос прозвучал, к моему удивлению, ровно. — Будем иметь в виду. Значит, времени у нас ещё меньше, чем я думала. А теперь, господин Мартин, — я подошла к столу и села напротив него, — давайте окончательно утвердим временное распределение обязанностей между Илзой и Марфой. И обсудим, какие первоочередные меры нужно принять по укреплению внутреннего порядка до того, как внешние угрозы решат, что настал их час.

* * *

Символы нового порядка

После ледяного прощания с Гризельдой в конторке воцарилась тяжёлая, но уже не парализующая тишина. Она была похожа на воздух после грозы — вымытый, прохладный, готовый принять новые формы. Я дала Томасу время привести мысли в порядок, а сама отправилась закреплять новую реальность на практике. Теории и отчёты были хороши, но теперь нужны были действия и люди, которые их воплотят.

Я послала за Илзой и Марфой. Пока они шли, я обосновалась в конторке не как гостья, а заняла стул напротив стола Томаса — временный, но уже рабочий пост. На столе лежали мои документы, блокнот, пара только что отточенных карандашей. Это был мой новый командный пункт.

Женщины вошли почти одновременно. Илза, высокая и угловатая, с красными от постоянной стирки руками, сложенными перед собой. Марфа, коренастая, с лицом, на котором привычная озабоченность сменилась глубокой тревогой. Они остановились у порога, их взгляды метались между мной и Томасом, пытаясь прочесть приговор в наших лицах.

— Садитесь, пожалуйста, — сказала я, указывая на два свободных стула. Сам факт приглашения сесть в управляющем кабинете был для них немыслимым. Они опустились на краешки, будто боялись испачкать сиденья своими простыми юбками.