Книга Избранница Смерти, страница 28 – Ребекка Хумперт

— Ты должна будешь соблюдать три правила. – Он указал на пояс с флор-де-муэрто. – Первое. Еще раз прикоснешься ко мне этим, и наш договор будет разорван. Ты не должна брать с собой эти цветы. Этим ты отпугнешь мертвецов, которых мы не хотим превращать в наших врагов.

Он поднял руку в перчатке и приложил указательный и средний пальцы к моему правому виску. Я с трудом поборола желание оттолкнуть его руку.

— Второе. Как только мы войдем в Миктлан, ты изгонишь из своих мыслей всех, кого любишь.

— Почему? – спросила я растерянно.

Он сильнее надавил кончиками пальцев мне на висок.

— Путешествие в подземный мир на самом деле предназначено только для умерших. Пока мертвые проходят через все уровни, у них есть время оторваться от своей жизни. Те, кто был еще не готов к смерти, чаще всего терпят неудачу и упускают свой шанс обрести вечный покой в храме бога мертвых на последнем уровне. Чем сильнее ты цепляешься за свою жизнь, тем больше вероятность, что ты потерпишь неудачу.

— Но Марисоль…

Нан поднял руку:

— Это касается только тех, кого ты оставляешь позади.

Его пальцы, которые только что находились у меня на виске, теперь спустились по лицу до подбородка и крепко его ухватили. Его прикосновение было более бережным, чем я ожидала.

— Третье. Ни при каких обстоятельствах тебе нельзя ко мне прикасаться.

Он отпустил меня и отошел на шаг.

Я посмотрела на кожаные перчатки, которые он, казалось, никогда не снимал.

— А почему я должна захотеть к тебе прикоснуться?

Бог одарил меня несколько двусмысленной улыбкой.

— Ты не первая адмирадора из моей деревни, с которой я имею дело. Рано или поздно каждая из них начинала умолять позволить ей ко мне прикоснуться. Но, к сожалению… – Он снял перчатку, подошел к ближайшей кладбищенской стене и прижал голую руку к светлому камню. Вскоре он ее убрал, и на стене появилось черное как смоль пятно, а вокруг его обнаженных пальцев запылали языки пламени. Мне в нос ударил запах гари. – …У моего прикосновения дурная привычка сжигать все из твоего мира.

Я уставилась на след от огня, потом на его руку, на которую он только что снова натянул перчатку.

— Так что, пожалуйста, постарайся держаться от меня подальше.

На мгновение я почувствовала, что лицо у меня вспыхнуло. Мне редко встречался кто-то настолько высокого о себе мнения.

— Ненавижу тебя, – прошипела я.

— Тогда для тебя не должно стать проблемой следовать этому правилу.

На этот раз мне пришлось с ним согласиться. Третье правило на самом деле казалось единственным, которое я с уверенностью никогда не нарушу.

Нан еще мгновение на меня смотрел, а потом повернулся, чтобы уйти.

— Я жду тебя завтра на закате. Прямо здесь. О пище и воде я позабочусь, по крайней мере, вас не будет ждать опасность умереть от голода или жажды.

Прежде чем он растворился в черноте ночи, я выкрикнула его имя.

Бог остановился, и его напряженная поза выдавала нетерпение.

— Разве не принято каким-то образом заключать договор? Откуда я знаю, что ты мне не лжешь?

Откуда я знаю, что могу ему доверять?

— Мы скрепим наш договор, адмирадора. Но не сейчас. И не здесь.

Он бросил на меня последний взгляд, на мгновение задержав его на шрамах, которые виднелись под моими закатанными рукавами блузки.

— И надень что-нибудь потеплее.