Книга Избранница Смерти, страница 57 – Ребекка Хумперт

Через некоторое время я поняла, что имел в виду Нан.

Обсидиан постепенно освобождал мертвецов, мимо которых я шла, от их человеческих оболочек. Их ноги у меня на глазах горели, таяли, разлагались, а кожа становилась все более бледной, почти прозрачной. Один за другим они падали на колени, когда больше не могли терпеть боль, и позволяли обсидиану поглотить их тела, а затем и души. Одни при этом кричали, другие рыдали, третьи хранили мертвую тишину.

Я прижала руки к ушам, пытаясь заглушить все эти звуки и вопли. Одновременно мои шаги становились все более неуверенными и болезненными. Внезапно что-то потянуло меня за рюкзак. Я в ужасе пошатнулась, чувствуя, как лямки соскользнули у меня с плеч. Затем привычная тяжесть со спины исчезла. В панике я обернулась, оглядывая тропинку в поисках рюкзака. Он лежал в нескольких шагах позади меня: в него вцепился мертвец, а обсидиан поглощал его тело.

В моем затуманенном болью мозгу была только одна мысль: в рюкзаке был ингалятор Марисоль. Инстинктивно я рванулась назад, споткнулась и упала на колени. Обсидиан прожег ткань джинсов и жег руку, на которую я опиралась. Я вскрикнула от боли, но опустила на камень и другую руку, чтобы доползти до рюкзака. Как я ни старалась, мне не удавалось снова встать на ноги.

Жадно протянув пальцы к его лямкам, я схватила их, притянула к себе – и обнаружила, что у меня в руках только они, а не сам рюкзак. Нет. Нет! Только не это.

Я прижала лямки к груди. И зарыдала. Я уже ничего не разбирала. Все тело было охвачено адским пламенем, и способность ясно мыслить пропала.

Мертвецы обгоняли меня, протискивались мимо. Некоторые у меня на глазах исчезали. Что ж, такова была их судьба. Я была близка к тому, чтобы подвергнуться тому же. Из последних сил я наконец поднялась и пошла вперед. Боль в ногах и руках я еще как-то могла терпеть, а жжение под ногами – нет. К этому моменту тканевые повязки уже сгорели, и я шла по камню босиком. Кожа у меня горела.

Неужели ты ждешь, что я позволю тебе идти босиком по этой дьявольской штуке?

Кто это сказал? Я еще помнила слова, но не человека, который их произнес. При этом я чувствовала, что этот человек был для меня важен. В отчаянии я сжала ноющими пальцами виски. Черт возьми, что со мной происходит?

— У тебя такие красивые волосы, – внезапно раздался голос рядом. Я подняла глаза и обнаружила коротко стриженную мертвую женщину, которые ковыляла ко мне. Ступней у нее уже почти не было, а кожа была белее бумаги. – Не хочешь ли ты дать мне кусочек от них, миха? – Она наклонилась ко мне, обдав ледяным дыханием. – Не хочешь поделиться?

Она протянула руку, чтобы коснуться моих волос. Что-то подсказывало мне, что надо опасаться ее прикосновения. Почему? Я уже не помнила.

Я уставилась на ее руку, спрашивая себя, какова она на ощупь. Если она у нее прохладная, может, мне станет легче? Я нерешительно потянулась за прядью волос, чтобы ей дать, но она вдруг издала хриплый звук. И исчезла у меня на глазах. На ее месте появился мужчина с беспорядочно свисающими до плеч темными волосами и в перчатках. Он смотрел на меня так, будто меня знал.

— Что ты с ней сделал? – спросила я, продолжая сжимать окровавленными пальцами прядь волос, которую я хотела подарить мертвой. – Кто ты такой?