Книга Избранница Смерти, страница 69 – Ребекка Хумперт

В какой-то момент мы сбавили скорость и, наконец добежав до конца переулка, остановились. И опять очутились перед умирающим лесом.

Задыхаясь, Марисоль оперлась мне на плечо. Я прислушивалась, опасаясь приступа ее кашля, но обошлось.

— Я… тебя… ненавижу.

Каждое свое слово старейшина деревни подкрепляла тычком пальца в спину Нана.

Никак не отреагировав, бог Солнца потянул меня между деревьями в глубь леса.

— Подождите здесь, – крикнул он остальным через плечо.

Послышался протестующий голос Марисоль, но Ли тут же отвлек ее обсуждением фильма о кукле-убийце^[12].

А Нан тем временем повел меня к почти незаметному шалашу среди деревьев немного в стороне от деревни.

И, прежде чем я успела его о чем-нибудь спросить, втолкнул меня внутрь.

Из освещенного бесчисленными свечами полумрака меня обдало сильным запахом трав. И знакомых мне ароматов здесь не было. Я невольно остановилась и прижала локоть ко рту и носу. Приглядевшись, я увидела, что в центре шалаша кто-то сидит. И это оказалось для меня полной неожиданностью.

— Я думала, что мы с Марисоль – единственные живые люди в Миктлане.

Нан тихо рассмеялся.

— Никогда этого не утверждал.

Я уставилась на согбенную женщину, которая, положив руки на колени, сидела на полу и с интересом на меня смотрела. И по всем признакам не относилась к усопшим. Кожа у нее не выглядела мертвенной, а в лице было слишком много жизни. Я принялась разглядывать ее руки: обожженная кожа, рваные порезы, которые были хорошо видны даже в скудном свете отблесков огня, горевшего справа от нее в выложенной камнями небольшой яме.

Внезапно незнакомка издала хриплый звук, отдаленно напоминающий смех. Я невольно отступила назад – и врезалась в стоявшего сзади Нана.

— Неужели кто-то испугался? – шепнул он.

— Кто она такая? – прошептала я в ответ.

— Целительница.

— Немного скептически отношусь к целительницам, неспособным залечить собственные раны.

— Может, она не хочет их лечить. Некоторые раны остаются открытыми по уважительным причинам. Но твои руки не в счет.

С этими словами он подтолкнул меня к женщине.

Она мне улыбнулась и, похоже, ничуть не была удивлена нашим вторжением в ее шалаш.

— Скоро вернусь, – пробормотал Нан, и я перестала ощущать спиной тепло его тела. – Caztiah.

Я догадалась, что это слово адресовано не мне, а незнакомке. Но прежде чем я успела спросить, что оно означает, бог удалился. И я осталась наедине со сгорбленной от старости женщиной, на губах которой была самая странная улыбка, которую я когда-либо видела в жизни.

Кивком она показала мне, куда сесть. Поколебавшись, я последовала ее совету, хотя разум советовал бежать. В то же время она меня чем-то притягивала, вероятно, из-за того, что казалась похожей на меня. То есть была живой.

Худую шею сидящей напротив женщины украшал изящный амулет. Седые волосы были заплетены в несколько косичек длиной до узких плеч. Одета она была в нечто свободного покроя и очень ярких цветов.

Она протянула руку, вытянула палец и провела им мне по макушке.

— Tonalli.

Потом незнакомка наклонилась и вдруг прижала мне к груди ладонь, туда, где билось сердце.

— Teyolia.

Она чуть опустила руку, коснулась моего живота, затем ее убрала.

— Ihiyotl.

И опять мне улыбнулась.

— Caztiah?

Я беспомощно пожала плечами.