Книга Злодейка желает искупления, страница 109 – Татьяна Антоник, Аника Град

Я скептично усмехнулась, уставившись на подношение. Медленно прочитала указ, где меня и мать благодарили за верную службу.

Вряд ли это инициатива Юншэна, того обидел обман, но он был слишком влюблен в Лин Джиа. Бросив взгляд на содержимое, я невольно опустила туда руку, под возглас матери.

— Золотые ляны, целый сундук.Теперь мы сможем починить восточный флигель и купить новых слуг! — восторженно верещала моя мать.

Она уже строила планы, ее глаза сияли надеждой, которую я давно в них не видела. Но я резко покачала головой.

— Нет, матушка. Ничего чинить и никого покупать мы не будем.

Хэ Лисин смотрела на меня в полном недоумении.

— Но… дочь, мы так нуждаемся!

Я и сама с трудом положила ладонь на прохладную деревянную крышку.

— Мы в долгах, а нашу семью не зовут на празднования в общество. Прости, матушка, но мы вложим их в дело, которое принесет нам независимость, а не временное облегчение.

Я повернулась к матери, и в моих глазах она, должно быть, увидела ту самую непоколебимую решимость, что свела в могилу Шэнь Куона.

— Доверься мне. Я знаю, что делаю.

Вся его жизнь, всё его будущее — всё было погублено одной-единственной женщиной. Проклятой Шэнь Улан.

Он до сих пор помнил тот день, когда впервые увидел Лю Цяо. Шэнь Мэнцзы совсем не привлекала будущая невеста. Невеста была призраком, серой мышью, а Лю Цяо, идя по саду за своей госпожой и опустив глаза, выражала куда больше благородства и стати.

Солнце играло в гладких, убранных в простую причёску волосах, а лицо с тонкими чертами и фарфоровой кожей казалось работой искуснейшего мастера, создавшего её из шефрита и шёлка.

Когда она подняла взгляд, чтобы коротко ответить на заданный вопрос ненастоящей госпожи, он увидел в её глазах не робость служанки, а глубину и спокойствие старого мудреца. Это сочетание — кукольная хрупкость и пронзительный, знающий взгляд, свело его с ума в тот же миг.

Он уже строил планы. Готовился пойти против воли отца, этого старого, чёрствого скряги, который видел во нём лишь неудачное продолжение своего рода. Он готов был на всё, чтобы сделать Лю Цяо своей наложницей.

Представлял, как она будет наливать ему чай в покоях, как её тихий, степенный голос будет звучать для него одного. Он был готов бороться с целым миром ради одного её взгляда.

А она… она оказалась миражом. Лисицей, прикинувшейся человеком, чтобы погубить наш дом.

Шэнь Улан.

Мерзкая интриганка, ведьма, демоница в облике земной женщины!

Всё было ложью. Вся её скромность, её помощь, её опущенный взор — всё было маской, под которой скрывалось лицо отъявленной, коварной змеи.

Это она своими дьявольскими проделками ввергла их род в хаос. Это из-за нее была опозорена Ван Чаосин, его мать. Это из-за неё Шэнь Куон испустил дух.

Шэнь Мэнцзы не скорбел по отцу. Тот никогда не был для него отцом в истинном смысле этого слова. Шэнь Куон был надсмотрщиком, холодной тенью, вечно упрекавшей наследника в недостатке рвения, в слабости духа. Его смерть — лишь досадная формальность, печать на документе, подтверждающая моё падение. Но именно тот факт, что его погубила она, вот что заставляло его кровь кипеть.

Она разрушила всё. Превратила в прах всё немногое, что у него было. Забрала его статус, его положение, его жизнь.