Книга Злодейка желает искупления, страница 151 – Татьяна Антоник, Аника Град

— Ты знаешь, какая я послушная.

Он поперхнулся.

Следующие несколько часов пролетели в лихорадочных сборах. Чен Юфей исчез, чтобы вернуться с шестью суровыми мужчинами в походной одежде, с лицами, опаленными солнцем и ветром, и с бесстрастными глазами профессиональных бойцов.

Их предводитель, человек по имени Ли, молча поклонился, и его взгляд, быстрый и оценивающий, скользнул по мне, словно он уже составлял план защиты движимого имущества.

Матушке и другим домашним я объявила, что вынуждена срочно отбыть на инспекцию в дальние лавки — мол, там вспыхнул конфликт с поставщиками шелка, требующий моего личного вмешательства.

Хэ Лисин хмурилась, чувствуя неладное. Слишком уж поспешными были сборы, слишком суровы лица моих «проводников». Но она, благослови ее Небеса, не стала допытываться.

Она лишь крепко обняла меня на прощание, прошептав на ухо: «Возвращайся живой, мой цветочек. Клан не должен потерять свою главу». Ее слова стали еще одним грузом на мои плечи.

Мы выехали затемно, когда последние огни в поместье погасли. Я оседлала крепкого гнедого коня, облачившись в простой, но добротный дорожный халат и плащ, скрывающий лицо. Никаких роскошеств, никаких признаков знатности. Я была просто зажиточной торговкой, спешащей по своим делам.

Путешествие превратилось в изматывающую, бесконечную гонку. Мы мчались, словно за нами гнались демоны из преисподней. Сон был роскошью, на которую мы могли позволить себе не более четырех часов в сутки, да и то урывками, на самом дешевом постоялом дворе, куда нас приводил Ли. Мы спали попеременно, прямо в седлах, подмерзая от ночного холода и изнывая от дневного зноя. Я ела на ходу сушеное мясо и лепешки, запивая их водой, что казалась на вкус пылью дорог. Мое тело ныло от усталости, разум затуманивался от недосыпа, но внутри горел один-единственный огонек — необходимость успеть. Да и я думала о том, что на войне мужчины сносят и более худшие лишения.

Я представляла себе лицо Яо Веймина: удивленное, надменное, скорее всего, раздраженное моим появлением. Я репетировала в уме слова, которые скажу ему.

Как я докажу, что не сошла с ума?

Чен Юфей снабдил нас отличными лошадьми, а Ли знал все тропы и перевалы. Мы сокращали путь там, где это было возможно, минуя крупные города и таможенные посты. Пейзажи за окном менялись: ухоженные рисовые поля сменились холмистыми предгорьями, а затем и глухими лесистыми районами, приближавшими нас к границам.

Через пару дней, казавшихся вечностью, воздух изменился. В нем появилась острая, чужая нотка, запах хвои, чужих земель и дыма.

Ли, ехавший впереди, обернулся ко мне, его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах я прочла предупреждение.

— Мы приближаемся, госпожа. Еще пара часов, и мы должны выйти к устью Цзинвэй. Будьте готовы.

Надежда, острая и болезненная, кольнула меня в сердце. Почти. Почти я успéла. Сквозь усталость я в мечтах видела лагерь, знамена Цянь, развевающиеся на ветру... И именно в этот момент из чащи старого леса, что стеной стоял по обе стороны узкой дороги, раздался резкий, пронзительный свист.

И следующее, что я услышала, это глухой стук стрелы, вонзившейся в ствол дерева в нескольких сантиметров передо мной.

Ли ругнулся сквозь зубы, одним движением выхватывая меч.