Книга Пустыня смерти, страница 95 – Влада Мишина

Как именно сделать это, Ифе представляла смутно. «Когда я пыталась обратиться к силе аментет, то чувствовала зов скрижали ближе. Это ведь то, что может всё изменить. Скрижаль». Девушка вновь закрыла глаза, отстраняясь от всего, что происходило вокруг.

Это было нелегко: хрипы Царицы, крики и шёпоты всех, кто был близок Ифе, не давали сосредоточиться. Но если у неё был шанс их спасти, она должна была им воспользоваться. В темноте под веками всё повторялось: зов скрижали становился громче и казался ближе. Более того, он был осязаемым.

Не открывая глаз, Ифе мысленно потянулась к нему, последовала, как за нитью.

— Я немножко помогу, несмотря на твою несговорчивость. – Шёпот Одайона, прозвучавший у самого уха, едва не заставил Ифе распахнуть глаза и потерять связь с зовом.

— Тише, тише… Делай, что делала. Я только верну тебе способность двигаться.

Девушка ощутила лёгкое прикосновение к плечу. Всё тело пронзила боль, но она схлынула почти мгновенно, оставив за собой ощущение свободы. Боясь поверить в происходящее, аментет сделала неуверенный шаг.

— Беги, Ифе. Исида вот-вот умрёт. Ты должна успеть, пока Селкет занята.

Свобода движений была столь долгожданной, что аментет даже не удосужилась спросить у Одайона, почему он помог. Боясь потерять нить зова, она сорвалась с места, вслепую двигаясь к цели. Нужно было успеть спасти Царицу. Спасти себя. Спасти всех.

Ударяясь голенями о каменные ступеньки у трона Селкет, Ифе думала, что её остановят. Сама богиня? Или Нун? А может, Одайон, решивший поиграть с её надеждой? Но ничего подобного не происходило.

Чувствуя зов скрижали на расстоянии вытянутой руки, Ифе решилась открыть глаза. «Как жарко!..» От разлома, к которому она впервые стояла так близко, действительно исходил нестерпимый жар. Хотелось отшатнуться, сбежать, но Ифе не позволила себе сделать этого.

— НЕТ!

За её спиной раздался крик Осириса. Она никогда не слышала ни в чьём голосе такой боли. Никогда не чувствовала от чьей-то скорби такой силы. «Царь Богов… Значит…»

На мгновение обернувшись, Ифе увидела Исиду: она лежала на песке, окроплённом золотой кровью. Всё её тело покрывали раны, а остекленевшие глаза смотрели в никуда. «Почти мертва. Надо спешить…»

Подняться по ступеням к трону не вышло: жар был нестерпимым. Но Ифе могла ползти, царапая грудь, живот и всё тело. «Всё было ради этого…Надеюсь, скрижаль, ты стоишь пройденного пути». Она боялась даже подумать об обратном. Ведь, если всё было зря, то она могла не страдать, дотягиваясь кончиками пальцев до камней прямо под скорпионьим троном.

Они были горячими, но совершенно обычными на ощупь. Зажмурившись, Ифе едва не оглохла от звона, заполнившего её голову. Зов скрижали стал дрожью под пальцами. Вибрация проходила через всё её тело, едва не ломая кости. Ифе закричала.

Ей было уже неважно, слышала ли её Селкет и почему не останавливал Нун. Вся реальность аментет слилась в звук, дрожь и, наконец, в избавление. Камни вздыбились под Ифе, откидывая её прочь. Она упала, ударившись затылком и чувствуя кровь, стекающую по спине.

Иллюзия оазиса, созданная Селкет, распалась, открывая настоящий зал. Вот только в нём больше не было трона из скорпионов. Вместо него среди осколков камней возвышалось нечто прямоугольное и золотое.