Книга Пустыня смерти, страница 97 – Влада Мишина

Одайон крепче сжал руку на горле Селкет, и богиня захрипела.

— Всё, что ты делала, ты делала только для себя. Пыталась бы ты спасти людей от чудовищ, не молись они тебе и не тешь твоё божественное самолюбие? Нет. Связала бы ты меня с Апопом, если бы я, как верная собачка, не обещал вести его чудовищ в Та-Кемет? Нет. Ты такая же, как все боги, самовлюблённая, склонная к безумию и беспросветно глупая.

Ифе не могла понять, почему Селкет не взывала к Нуну. «Почему не освободилась из хватки?!» Понять, что за связь с Апопом была у Одайона девушка тоже пока не могла. «Но не может же он быть сильнее первозданного Нуна?.. Дело в чём-то другом».

Присмотревшись к лицу Селкет, Ифе заметила блеск в её глазах. Прежде она не видела на лице богини похожего выражения. «Это… печаль». Поверить в то, что безумная Селкет действительно страдала от предательства Одайона, было трудно, но и смысла в притворстве с её стороны Ифе не видела. «Неужели она не хочет вмешательства Нуна, чтобы он не навредил Одайону?»

Весь зал замер в ожидании чего-то. Единственной, кто мог двигаться, помимо Селкет и Одайона, всё ещё была Ифе.

Исида, всё-таки пережившая избиение, вновь оказалась под контролем богини, который та не ослабляла, даже когда её душили. А всё, что могла сделать бывшая аментет, было связано со скрижалью. Но, прежде чем Ифе успела принять какое-то решение, в зале раздался хриплый шёпот Селкет:

— А чего хочешь ты, Одайон?

На мгновение зал окутало что-то тёмное, как будто свет поглотило бескрайнее ничто.

— Мне нужен мрак.

Голос Одайона был шипящим и нечеловеческим. Он резко встряхнул головой, и на его лице промелькнул страх.

— Мне нужен мир без богов. Без тех, кто играет жизнями смертных! – Этот ответ звучал уже привычным голосом пустынного разбойника.

— Кажется, Апоп с тобой не согласен. Первыми ведь вырвались его слова?

— Я держал его под контролем всё это время.

— Давай проверим, мой мальчик. Предавай меня до конца. Посмотрим, что из этого выйдет.

Безумие вновь вернулось в слова Селкет. Она так и не позвала Нуна, но её глаза засветились, и Одайона откинуло в стену.

— Я же сказала: ты не сможешь удерживать меня долго, если, конечно, не примешь Апопа полностью.

«Я должна принять решение, пока есть этот миг». Ифе помнила слова Амт про некий ключ к скрижали. Всё её существо кричало о том, что нужно просто прикоснуться к золотому столу. «Но я хочу жить! Я не хочу стать жертвой».

Не только Ифе понимала, к чему всё шло.

— Остановись! – Приказ Анубиса не мог заглушить грохот нападений Одайона на Селкет, однако Ифе всё равно слышала его.

— Если я не сделаю этого, все умрут.

— Неужели ты не видишь?! – закричал Кейфл. – Это жертвенный алтарь! Ты умрёшь на нём!

«Жертва ли это? Добровольно расстаться с жизнью я не смогу, но что, если это не жертва, а спасение…» Возможно она смотрела в глаза близких в последний раз.

Ифе улыбнулась так тепло, как могла.

— Всё хорошо.

— Не оставляй меня и ты… – На хриплую мольбу Ура Тахмета Ифе уже не смогла ответить.

Она подобралась к скрижали даже через нестерпимый жар разлома. Селкет видела это.

— НЕТ! ОТДАЙ МНЕ ЕЁ СИЛУ, СКАЖИ, КАК ЕЁ ПОЛУЧИТЬ!

Но богиня ничего не могла сделать: Одайон схватил её со спины, не давая приблизиться к Ифе.

— Как её получить?.. – Шёпот Ифе усиливался эхом во много раз, пока она протягивала руку над золотым столом. – Понятия не имею. Может, надо просто любить жизнь так сильно, чтобы иметь смелость отдать ради неё всё.