Онлайн книга «Мой истинный олень»
|
— Пожалуй, это так, — нехотя согласилась Аяка. — Ладно, помогу вам, тем более мне это кинцо тоже интересно глянуть, — хмыкнула Хина и по-военному быстро скинула одежду. В отличие от Шикаямы она не ощущала смущения оттого, что предстала перед незнакомцами в нижнем белье. А её кружевное бюстье и стринги даже и близко не стояли рядом по откровенности образа с серыми трусами-боксёрами. Сказывался многолетний опыт работы в модельном бизнесе. — А это кто такие? Проследив за её взглядом, Аяка представила оставшихся работников. И если Синохара вела себя, как обычно, то увидеть притихнувшего Комацу оказалось в новинку. Он с каким-то ошарашенно-пришибленным видом разглядывал Хину, толком не моргая. Но надолго его не хватило. Минут десять от силы, а потом всё же оклемался и огласил на всю мастерскую, что является её ярым фанатом. — Миленько, — только и хмыкнула она. Эксперимент не увенчался успехом. Полоска растянулась и лопнула. И пока Аяка отпаивала зельями подругу, вернувшуюся в человеческий вид, а одевшийся Шикаяма убирал с пола волосы, ногти, зубы и перья, оставшиеся после оборота, Ёсико подготавливала другой став на новом клочке ткани. Обнимая и поглаживая по плечу дрожащую Хину, она слушала грязные ругательства. Те были адресованы преимущественно одной конкретной рунической ведьме, которая с первой попытки не справилась со своей задачей. Понять её злость Аяка могла: два раза за день переходить в половинчатую форму удовольствия мало. Даже одного, как правило, хватало с головой. У птиц в половинчатой форме не только пара крыльев отрастала, но и большая часть тела покрывалась перьями, а часть лица сменялась клювом. Все эти изменения наверняка сопровождались чудовищной болью. — Слушай, ты не обязана ещё раз перекидываться, — успокаивающе произнесла она, поправляя плед, что скатывался с ужасно тощего плеча. — Мы можем найти и других добровольцев. — Всё в порядке, раз взялась, то доведу дело до конца. А ты мне потом сошьёшь пару новых комплектов. Нет, пять комплектов. — Да хоть десять, не вопрос. — Однако это не значит, что я буду туда-сюда прыгать, — Хина обратилась к Ёсико, от рук которой исходило голубоватое сияние. Она так сосредоточенно колдовала над полоской ткани, что даже кончик языка вытащила от усердия. — Слышишь, дурында? У тебя есть ещё один шанс. Иначе я восприму это, как попытку мне целенаправленно подгадить, и жопу тебе надеру. Мы поняли друг друга? — Да блин, ты думаешь, так легко с ходу подобрать правильные руны? — недовольно пробурчала та в ответ. И в какой-то степени тоже была права, потому как придумывать с головы собственные ставы сродни высшему пилотажу среди рунических ведьм. — Так ты, что ли, методом тыка там работаешь? — Нет, конечно! Я шевелю мозгами… — Шевели, значит, поактивнее. — Судя по тому, как прошлая порвалась, завтык был вот в этой руне… — По-моему, она опять пальцем в небо тычет. — Я активирую данный рунический став силой своего дыхания, — торжественно объявила Ёсико и забубнила на манер странноватого песнопения: Из темных безбрежных глубин подсознанья Волшебный поток мне приносит познанье, На мир сквозь себя я гляжу не напрасно: Что было, что будет — всё чётко и ясно. По воле моей Сила Рун пробуждает — Все корни мгновенно побеги рождают. |