Книга Мой истинный олень, страница 69 – Эвелина Шегай

— Хотите сказать, что мы просто спали рядом? — ехидно уточнила Аяка, но по глазам напротив увидела, что ему не до шуток, и тогда сама напрягалась: — Но почему мы проснулись голыми?

— В одежде неудобно спать.

— Неудобно, но всё же есть правила приличия. Да и целом, как мужчина и женщина в таком виде могут лежать в одной постели и ничего не сделать?..

— Но в пещере мы ведь тоже ничего не сделали.

— Да, но…

Вот и выяснилось, что между ними в ту ночь ничего не произошло. Однако вместо радости она ощутила укол разочарования. Странно, но приятнее было думать, что они всё же совершили маленькую глупость.

— Надеюсь, вы и сегодня ни на что не рассчитываете, — неразборчиво пробормотала она, отворачиваясь. Шикаяма стоял так близко, что у неё губы зудели от желания его поцеловать.

Жить в этом роскошном доме оказалось неожиданно удобно. Шикаяма сделал всё, чтобы ей не захотелось сбежать. Из гостиной исчезла редкая мебель, что там раньше стояла, вместо неё появилось несколько совершенно новых швейных машин и оверлок. Ещё он закупил ходовые материалы, и Аяка с трудом его остановила от дальнейших трат. Впрочем, даже эти она собиралась со временем ему возместить. В своих обсуждениях они сошлись на долге без процентов, который более или менее устраивал обе стороны.

Поскольку клиентская база не сгорела вместе с ателье, они начали понемногу восстанавливать свою деятельность. Приступить к ремонту самого здания им не давали полицейские, продолжающие прикрываться протоколами. Единственное, что пока было известно наверняка — поджог осуществлялся артефактом, потому как в углях нашли магический след.

Хозяйка очень расстроилась, но, как и предполагала Ёсико, вошла в их положение, дав отсрочку в оплате аренды на время восстановления дома. Всё же недаром говорят, что капибары — самые добрые и понимающие оборотни.

А вот что Аяку продолжало беспокоить в доме Шикаямы — неуловимые работники, с которыми у неё никак не получалось пересечься. Не призраки ведь они, ей богу, чтобы сквозь стены растворяться.

Специально встав на рассвете, она на цыпочках прокралась по коридору и, стремительно прошмыгнув мимо столовой, влетела на кухню, где застала сидящего у мусорного ведра мужчину. Он поднял на неё взгляд и выронил картофелину.

Так они и смотрели друг на друга: Аяка глубоко и часто дыша, раскинув в разные стороны руки, чтобы не дать мимо себя проскочить, а мужчина, сидя на маленькой табуреточке в чёрном фартуке с ножом и без картошки.

— Вот так незадача, кажется, меня поймали. Маленький хозяин будет недоволен, — добродушно рассмеялся он и глянул на неё необычайно тёплыми светло-карими глазами. — Но раз так получилось, то будем знакомиться, госпожа Ито. Меня зовут Араи Макото, я живу и работаю в этом доме на протяжении всей своей жизни.

Его, пожалуй, полагалось назвать мужчиной в самом расцвете сил. Приблизительно её ровесник. И довольно-таки симпатичный: узкое лицо с впалыми щеками и худощавое телосложение говорили о любви к изнурительному физическому труду, а длинноватые волосы, которые можно было собрать в короткий хвостик на макушке, и бородка с усами намекали на бунтарский стержень в характере.

— Здравствуйте, извините, что так выскочила, — Аяка встала нормально и одёрнула блузку. — Маленький хозяин — Шикаяма? Но почему он будет недоволен?