Книга Объедки для Декана-привереды, страница 82 – Амалия Лонг

— Декан! — окликнул Уголёк.

— Что?

— Ты не забыл, что я требую на свадьбе отдельную миску со сметаной?

— Помню.

— И чтобы меня называли «почётный гость Уголёк Первый»?

— Будешь просто Уголёк.

— Это дискриминация по видовому признаку!

Альтаир вышел в коридор, но я слышала, как он тихо засмеялся.

Я осталась на кухне одна с котом. Крутила на пальце кольцо из драконьего когтя — оно светилось ровным фиолетовым, в такт моему сердцу.

— Ты будешь хорошей женой, — сказал Уголёк, прыгая ко мне на плечо.

— Откуда знаешь?

— Я котов и жен на помойке видал. Ты — лучшая из всех.

— Ты меня с котом сравниваешь?

— Я тебя с женщиной сравниваю. С той, которая не побоялась взять меня, грязного и больного. С той, которая полюбила дракона, когда он был просто занудой с бумажками. С той, которая спасла академию

— А теперь неси молоко. За помолвку надо выпить. Я — молоко, вы — шампанское.

— У нас нет шампанского.

— Тогда молока всем. Я поделюсь.

Я открыла холодильник, достала банку. Мы сидели вдвоём на подоконнике.

— Знаешь, — сказала я, глядя на закатное небо. — А ведь всё правильно. Помойка, академия, Кассандра, проклятие — всё привело к этому моменту.

— К молоку на закате? — уточнил кот, вылизывая усы.

— К тому, чтобы быть счастливыми.

— Ну, молоко — это тоже счастье. Но то, что ты нашла дракона — тоже неплохо.

— Спасибо, Уголёк.

— Не благодари. Лучше принеси добавку.

Глава 35. Знакомство с Карамелькой

Я заметила её первой. Белое пятно на фоне серых мусорных баков — такое неуместное, будто снежинка упала в лужу. Кошка. Маленькая, пушистая, с голубыми глазами и дрожащим хвостом. На ее шее был розовый медальон.

— Уголёк, — позвала я тихо, — у нас гостья.

Кот, который рылся в поисках чего-то съестного, замер. Повернул голову. И я впервые в жизни увидела, как мой наглый, ядерный, сметанный генерал-майор потерял дар речи.

Он просто смотрел на неё.

Белая кошка сидела на куче картонных коробок и мелко дрожала. Шерсть свалялась, на боку темнело грязное пятно, но глаза — огромные, напуганные — были чистыми как небо.

— Кто ты? — спросил Уголёк не своим голосом. Мягким. Почти нежным.

Кошка попятилась.

— Не бойся, — я сделала шаг назад. — Мы не обидим.

— Я… я Карамелька, — прошептала она. Говорящая. Ещё одна. — Я была фамильяркой Кассандры. Но сбежала. Давно. Она меня не кормила, била магией. Я живу на помойке, одна.

— Кассандра? — Уголёк подошёл ближе, медленно, осторожно. — Та, которая рассыпалась в пепел?

— Вы её убили? — в голосе кошки мелькнула надежда.

— Превратили в уголёк, — гордо сказал кот. — Я лично чихнул.

Карамелька вздрогнула и отступила ещё дальше.

— Не бойся, — повторил Уголёк. — Я чихаю только на врагов. А на красивых белых кошек я не чихаю никогда.

Я подняла бровь. Уголёк комплименты? Первый раз за всё время.

— Ты правда была фамильяркой Кассандры? — спросила я, приседая на корточки. — Мы не причиним вреда. Мы сами от неё пострадали.

Карамелька осмелела немного. Сделала шаг вперёд, потом ещё один.

— Она меня выбросила, когда я перестала быть полезной. Сказала, что бесполезных кошек не держит. Я живу здесь, ем объедки, сплю в коробках. А вашего кота… — она посмотрела на Уголька, — его все боятся. Я слышала, как крысы шепчутся. «Чёрный генерал идёт». Я думала, вы тоже злой.