Книга Объедки для Декана-привереды, страница 89 – Амалия Лонг

— Тем лучше. Меньше будут прогуливать.

Мы сели на кухне. Уголёк притащил сметану.

— За что пьём? — спросила я.

— За драконьего щенка, — сказал кот.

— За то, чтобы он был здоров, — добавил Альтаир.

— И главное — чтобы чихал, как я, — закончил Уголёк.

Мы чокнулись. Карамелька мурлыкнула что-то ободряющее. Альтаир снова побелел, но в обморок не упал — только сжал мою руку так, что захрустели костяшки.

— Айза, — прошептал он.

— М?

— Ты будешь лучшей мамой на свете.

— А ты — лучшим папой. Даже если не сдашь вовремя учебные планы.

— Я их сдам. Ради ребёнка.

— Ради ребёнка нужно не сдавать планы, а не сходить с ума.

Мы сидели втроём (впятером, если считать кошек) и смотрели в окно. Закат окрашивал небо в розовый, и я вдруг подумала, что внутри меня уже растёт маленькая жизнь. Маленький дракон. Или драконица. Кто знает?

— Уголёк, — сказала я.

— М?

— Ты точно чувствуешь запах щенка? А может, это просто от тебя пахнет рыбой?

— Айза, я кот, я не ошибаюсь. Там кто-то есть. И он будет похож на Альтаира. Такой же лохматый и вечно недовольный.

— Я не лохматый, — возразил декан.

— Ты зануда. Дети это исправляют.

Альтаир улыбнулся — впервые за вечер.

— Надеюсь, он будет похож на тебя, Айза. Сильный. Упрямый. Верный.

— И с фиолетовыми искрами в крови.

— И с правом на сметану с пелёнок, — добавил Уголёк.

Мы засмеялись. Карамелька тихонько урчала. А где-то в животе у меня — пока ещё не чувствуя себя, но уже существуя — спал маленький драконий щенок, который даже не подозревал, какая безумная семья ему досталась.

Глава 38. Яичная скорлупа

Всё началось с крысы.

Не с той, что пела на помоечном мальчишнике, а с чужой, магической, с красными глазами и оскаленной мордой. Она прибежала на мою кухню средь бела дня, встала на задние лапы и заговорила голосом, от которого у меня похолодела спина:

— Объедок, ты выносишь чужое семя. Великая Кассандра мертва, но её дело живёт. Твой ребёнок не родится.

Я выронила нож.

Уголёк, дремавший на холодильнике, проснулся мгновенно. Шерсть дыбом, хвост трубой.

— Это крыса культа! — заорал он. — Я знаю их запах! Они остались после Кассандры, самые отбитые приспешники. Карамелька, в укрытие!

Белая кошка испуганно метнулась под стол.

Крыса захохотала — мерзко, как скрежет металла.

— Ты не спрячешься, объедок. Мы найдём твой живот. Мы проклянём плод. Чёрная магия рассеялась, но у нас есть ритуалы пострашнее.

Она рассыпалась в чёрную пыль, оставив на столе грязное пятно.

Я стояла, прижимая руки к животу. Ещё не округлившемуся, но уже родному.

— Уголёк, что делать?

— Защитное блюдо, — сказал кот, спрыгивая на пол. — Только оно спасёт. Магические щиты не работают против последователей Кассандры — они обходят любую драконью защиту. А вот еда, приготовленная с любовью, — это то, что они ненавидят и боятся.

— Я не знаю такого рецепта.

— А я знаю. — В его глазах загорелся боевой огонь. — «Материнская броня». Её готовили ещё в древности кошки, чтобы защитить котят от демонов. Ингредиенты простые: яичная скорлупа, твоя кровь — каплю, моя шерсть, немного сметаны для склейки и много-много желания защитить.

— Твою шерсть? — не поняла я.

— Кошка, отдавшая шерсть для блюда, становится невидимой для врагов ребёнка и ребенка тоже делает невидимым. Я буду твоим щитом, Айза.