Книга Цветочный код, или Попаданка для дознавателя, страница 49 – Ольга Михайлова

Поверхность отбитого мяса я посы́пала специями и солью. Местный сыр порезала мелкими кусочками, положила на одну половину куриной отбивной. Далее предстояло накрыть сыр второй половиной, обмакнуть получившийся «пирожок» в яйцо, сухари, и отправить на сковородку. Курица во всех мирах готовится быстро: с одной стороны пять минут, затем с другой — и подрумянить. В качестве гарнира порезала овощи, заправила маслом и подала на стол.

— Очень вкусно! — Марк тешил моё самолюбие, сыпля комплиментами и восхваляя кулинарные таланты. Ровно на середине моей нежнейшей отбивной, где сыр тянулся упругими горячими полосками, в дверь лавки настойчиво постучали.

— Вы кого-то ждёте, госпожа? — Марк удивлённо откинулся на спинку стула. С набитым ртом он напоминал Мопса, который жевал свою порцию наравне с нами.

— Нет. Но придётся посмотреть, кто там. — Я отложила вилку и нож, попутно прихватив полотенце, чтобы промокнуть руки. Лавка уже погрузилась во тьму на первом этаже, поэтому пришлось спросить имя визитёра.

— Открывайте, госпожа Дусильда. Это Сандро Бо Хиллс. — Внутри всё упало. Что ещё могло случиться? Дрожащими от волнения руками я открыла засов.

— Чем обязана? — Дознаватель скользнул внутрь и оказался вплотную ко мне. Почему при такой просторной лавке я чувствую себя как в клетке? Серые глаза снова застыли на моём лице. Ой, что ж он творит, а?

— Я решил лично доставить штраф, взысканный с Бора Стингера. Три серебряных и пятьдесят медяшек. Уже с учётом налогов. — В мужской руке появился тёмный бархатный мешочек. Я протянула ладонь и тут же ощутила приятную тяжесть. Губы невольно дрогнули в улыбке. Сам господин главный дознаватель принёс мне денег — неплохое начало новой жизни, я считаю.

— Это очень мило с вашей стороны. Как я могу вас отблагодарить? — Я всегда была вежливой и спросила, скорее, по привычке.

— Вы вкусно пахнете. — Вот сейчас вообще неожиданно прозвучало. Розы или курица? — Разрешите набраться наглости и пригласить себя к вам на ужин? — Вот уж точно набрался наглости! Я даже не смогла ничего ответить, прибитая харизмой, лишь жестом пригласила пройти за мной.

Одним быстрым движением Сандро снял фуражку и зашагал следом. Уже с лестницы я крикнула:

— Марк, будь добр, принеси ещё одну тарелку и приборы для господина Бо Хиллса, — стараясь, чтобы голос не дрожал. И добавила, обращаясь к гостю: — Надеюсь, вы не против простой домашней еды? Это всего лишь куриные отбивные.

— После сухого пайка последних дней, госпожа Дусильда, любая домашняя еда кажется пиром богов, — он взял в руки вилку и нож с непривычной для столь крупного мужчины аккуратностью. Его взгляд скользнул по моей тарелке, где сыр всё ещё тянулся съедобной нитью. — А это «всего лишь» пахнет так, что у меня слюнки потекли ещё на пороге. — Внутри волна трепета омыла желудок. Голос с лёгкой хрипотцой подействовал на меня завораживающе.

— Прошу. — Я положила ему на тарелку самую румяную отбивную. — Осторожно, горячо.

Сандро аккуратно отрезал кусок. Пар так и повалил наружу, а расплавленный сыр вырвался на свободу, создавая тот самый идеальный «эффект растяжки». Он поднёс ко рту кусочек и… замер на секунду, закрыв глаза. На его обычно непроницаемом лице появилось выражение блаженства.

— Превосходно, — выдохнул он, наконец проглотив. — Просто превосходно. Вы творите чудеса не только с цветами, госпожа Дусильда. — Как же убедительно прозвучало для моего нежного сердечка. В груди будто воздушный шарик надули.