Книга Алинкин цветочек, страница 81 – Юлия Серьга

— Еще в детстве ее, то ли украли, то ли спрятали. Их усадьбу я тоже найти не могу, здесь столько непроходимых мест в этой области. А по дороге обратно в этих лесах на меня и напали разбойники. Меня ограбили и... как вы видели, оставили умирать на берегу.

— Простите, — прошептала я. — Мне жаль.

— Не надо жалеть, — он открыл глаза, посмотрел на меня. — Я сам виноват. Надо было не ехать одному, а взять охрану. Но я думал — это моё личное дело, не хотел лишних глаз.

Я смотрела на него, на его бледное лицо, на тёмные волосы, и думала: «Как странно. Он из Москвы, из высшего света, а говорит со мной, как с равной. И глаза у него добрые. Совсем не такие, как у торговца».

Он помолчал, потом добавил тихо с улыбкой. — Про такое приключение можно и сказку написать.

— Сказку, — неверяще прошептала я. — Вы пишете сказки?

— Да, Акулина, я сочиняю сказки и истории разные. Няня моя, Пелагея, научила меня любить чтение. Уж сколько она мне сказок пересказала — русских, немецких, даже арабских. Я потом и сам начал придумывать. Записываю, но не публиковал, и никому не рассказывал — вдруг не поймут? Вдруг скажут, что вздор?

— Почему же вздор? — спросила я. — Если вы умеете сочинять, то почему не попробовать?

— Боюсь, — просто ответил он. — Боюсь насмешек. В нашем кругу не принято, чтобы мужчина сказки писал. Это для женщин, да для детей. Настоящие мужчины должны писать книги про бои и сражения. А не сказки. Да и зачем я вам это рассказываю, я не знаю. Но видимо после всего того, что мы с вами пережили, я не боюсь осуждения с вашей стороны.

— Так вы пишите для детей, — сказала я. — И для женщин. Я бы почитала ваши сказки. Я вообще люблю сказки.

Он посмотрел на меня с удивлением.

— Правда?

— Правда, — кивнула я.

Он улыбнулся — в этот раз по-настоящему, тепло.

— А кто вам, Акулина, рассказывал сказки?

— Я книги читала, — вдруг не подумав ляпнула я.

— Книги…, — удивился он, — а где вы книги видели со сказками? Вы грамотная? Никогда бы не подумал… Он обвел глазами обстановку… и замолчал.

Я поняв, что сказала лишнего, тоже сидела и молчала. Сверчок стрекотал за печкой, за стеной шумел лес, многоголосо пели птицы.

— А вы, — спросил он, — как здесь оказались? В такой глуши, в лесной избушке?

— Долгая история, — ответила я. — Мы с Домной идем в Балашейку. Там нас ждёт управляющий, он обещал приютить.

— Управляющий? — переспросил Сергей. — Как его фамилия? Из какого он рода?

— Местный, — уклончиво ответила я. — Он добрый, поможет нам.

Сергей кивнул, не стал расспрашивать.

— Когда я поправлюсь, — сказал он, — я вас отблагодарю. Обещаю.

— Вам бы сначала поправиться, — ответила я. — А благодарности не надо.

Он снова закрыл глаза, и я подумала, что он уснул. Но он прошептал:

— Акулина, а вы замужем?

Я замерла.

— Была, — ответила я тихо. — Муж умер. Недавно.

— Простите, — он открыл глаза, в них было сочувствие. — Не хотел бередить рану.

— Ничего, — сказала я. — Мы с ним недолго прожили. Он был добрый, но...

Я не договорила. Слова застряли в горле.

— Понимаю, — сказал Сергей. — Иногда жизнь складывается так, что легче молчать.

Он протянул руку, накрыл мою ладонь своей. Ладонь была горячей и сухой. Но само прикосновение заставила сердце сначала испуганно подскочить, а потом забиться сильнее.