Книга Цвет ночи. Глубокий красный, страница 44 – Лера Виннер

Она уже собралась сказать, что ей, пожалуй, пора, пока не рассвело, но тут из библиотеки, словно почувствовав что-то, вышла Лив и одновременно хлопнула входная дверь.

Мокрые волосы Зейна спутанными прядями лежали по плечам. Разорванную рубашку он сменил на черную футболку со скромной и со вкусом вышитой эмблемой «Александрии» на груди, но в целом даже для вампира он выглядел слишком мертвым.

— Если захотите посмотреть, я оставил тварь в подвале «Александрии», — для начала он скользнул взглядом по людям, и только после задержался на Эрике.

Та не проявляла сколько-нибудь серьезного интереса, но выглядела в целом не так плохо, как можно было ожидать, вспоминая лужу густой темной крови и пожелтевший от боли единственный уцелевший глаз.

Ворот собственной рубашки, смотревшейся на ней одновременно вызывающе и притягательно, остался распахнутым, отчасти обнажая ключицы. Это наводило на непрошенные, неуместные, почти опасные в контексте ситуации вопросы. Осталась ли она такой же чувствительной к…

— Что, еще один? — Эрика прервала ход его мыслей сама, как будто дала отступить, и при определенном раскладе это могло бы быть даже смешно.

— К счастью, нет, но пришлось нырять за предыдущим.

— И как? — Мердок поднялся, непринужденно вроде бы опустив руку в задний карман.

Он все еще был насторожен так сильно, что Эрика открыла глаза полностью, чтобы понаблюдать эту картину в полной мере.

— Никак и ничего. Ни гнезда, ни кладки, ни партнера. Как будто он и правда был один, — Зейн этого напряжения то ли не чувствовал, то ли не обращал внимания, привыкнув.

Он ни о чем не спрашивал, не смотрел на людей выразительно, подчеркнуто держался невозмутимо, — четко в совместно заданной новой системе координат. Потерев висок, на котором обнаружились остатки использованной Лив мази, Эрика сделала вывод, что не хочет на все это смотреть.

— Ладно. Если будет что-то, что мне нужно знать, телефон включен.

Для того, чтобы подняться она успела сделать лишь полудвижение, и была тут же возвращена на диван ладонью Лив, оказавшейся на плече.

— Вы оба остаетесь здесь, это не обсуждается. И пока вы не сбежали пользоваться клыками по прямому назначению, есть разговор.

Рука с плеча неожиданно легким, странно естественным жестом скользнула в волосы, погладила по голове, и что ответить на такую фамильярность у Эрики не нашлось.

— Лив…

Этот тон Зейна она тоже помнила хорошо. Однако объяснить себе, насколько непредсказуем станет к вечеру голодный и раненый вампир, Лив не позволила, неопределенно махнув рукой в сторону ванной:

— Где фен ты знаешь.

После четвертой за ночь смены пришедшей в негодность одежды стало не то чтобы легче, но реальность наконец обрела очертания, которые Зейн, раз за разом погружаясь в грязную мутную воду, почти потерял.

С кухни пахло горячим вином, травами и сигаретным дымом, — если все равно уже никто не спал, Джон счел самым конструктивным решением пить, и желающих возразить ему не нашлось. Оттуда же доносился негромкий голос Эрики.

О чем она говорила с Кэт, было не разобрать, и до определенной степени это избавляло от искушения подслушать. И от этого же тянуло тяжелым стылым непониманием, которому он старался не давать воли.

Кровь Создателя — ни на что не похожее, самое желанное, самое надежное для любого вампира средство. Лучшее, безоговорочно эффективное лекарство в случае ранения или голода. Акт доверия и нежности наедине.