Книга Цвет ночи. Глубокий красный, страница 92 – Лера Виннер

При мысли о том, что в скором времени они снова полезут десятками, ей становилось предсказуемо неуютно, но это еще можно было себе позволить, — пока в самом деле не началось.

Прежде чем явиться к Мердокам, она благоразумно приняла душ и переоделась в своей квартире, не желая приносить на себе энергетику и запахи, которые эти люди без труда смогли бы прочитать.

Дверь все еще была не заперта, хотя дело близилось к ночи. Закрыв ее за собой, Эрика махнула рукой в знак приветствия показавшейся из кухни Лив и сразу ушла наверх.

Дэнни сидел на полу возле кровати в той же позе, в которой она видел его в прошлый раз, и заметно вздрогнул, стоило ей войти в комнату.

Ощущать его страх было неприятно, как неприятно бывает становиться свидетельницей вещей, для чужих глаз не предназначенных. На то, что он вообще шевелился с тех пор, указывал только вернувшийся на место чудовищный джемпер, который хотелось содрать с него и выбросить немедленно.

— Исчезни, — избегая собственных темных порывов, на мальчишку Эрика, подходя ближе, даже не взглянула.

В нормальной и понятной ей реальности уверившийся в собственном праве быть здесь щенок должен был огрызнуться. Сейчас же он поднялся мгновенно, осмотрелся немного растерянно, будто прикидывая, куда ему следует в соответствии с полученным приказом, исчезнуть, а потом, так и не подняв головы, скрылся в ванной.

Из-за закрывшейся двери тут же послышаться шум воды, и Эрика бросила на нее короткий взгляд, прежде чем подойти к постели.

Зейн выглядел чудовищно. Так, что внутри что-то замирало, сбиваясь в тяжелый ком. Даже после всего…

«Я не хотела видеть тебя таким».

Едва ли даже мысли о собственных желаниях имели хоть какое-нибудь значение здесь и сейчас.

Мягкий свет ночника, созданный, чтобы придать атмосфере интимность и ощущение спокойствия, лишь подчеркивал непоправимую безжизненность его лица. Сложно было поверить, что еще совсем недавно он улыбался, злился, чего-то хотел…

Хотел ли он вообще чего-нибудь?

На этот вопрос Эрика даже себе ответить затруднялась.

Быть Смотрящим над Нью-Йорком?

«Видимо, тебе было очень скучно жить», — вероятно, с этим она попала в точку даже там, где сама не предполагала.

Этот же свет заставлял возвращаться мыслями в другую просторную комнату в Дублине. К пляшущим на толстых каменных стенах причудливым теням, рождаемым пламенем в камине. К пьяняющему, сносящему волной все оставшиеся запреты ощущению вседозволенности и собственного дурного счастья. От того, что прохладная кожа под ее прикосновениями нагревается — так знакомо, и в то же время, по-новому… К каким-то милым, бестолковым, но несомненно искренним в тот момент нежностям, нашёптанным фоном на ухо и осевшим в мозгу как непреложная истина… Но так и не повторенным в глаза.

Слишком много ненужных воспоминаний для одного вечера.

Эрика присела на край кровати, — в отличие от Дэна, она не боялась потревожить, зная, что сделать это уже невозможно. Слишком далеко, слишком…

Она сидела и смотрела, ни о чем не сожалея и ни о чем не говоря. Достаточно долго для того, чтобы Зейн, если он все еще способен был что-то чувствовать, успел воспринять ее присутствие.

Вряд ли он был бы доволен имеющимся положением дел.

А впрочим, выбирать ему уже не приходилось.