Книга Невеста поневоле, или как отказать дракону, страница 36 – Анастасия Энковская

— Хорошо, — легко согласился он. — Тогда и вы можете звать меня просто Эйдан.

Я кивнула и замолчала, наблюдая, как он подходит к плите, берет миску, разбивает в нее яйца — быстро, уверенно, привычно, без лишней суеты. Потом чуть качает сковороду, убавляет огонь, выжидает пару секунд и только после этого тянется за солью. Я смотрела на его руки — сухие, спокойные, уверенные — и вдруг почувствовала, как внутри что-то едва заметно дрогнуло. Не мысль даже. Не узнавание. Скорее странный толчок, от которого на секунду стало не по себе. В этом движении было что-то до боли бытовое. Нелепо знакомое. Не настолько, чтобы я могла вцепиться в это как в доказательство, но вполне достаточно, чтобы на мгновение это выбило меня из равновесия. Я опустила взгляд на стол. Глупость какая. Мало ли на свете людей, которые одинаково жарят яичницу.

— Вам что-то не так? — спросил Эйдан, не оборачиваясь.

— Нет, — слишком быстро ответила я. Потом чуть помедлила. — Просто… эти несколько дней были такими долгими, что я не ожидала сейчас увидеть нечто настолько обычное и уютное.

Он повернул голову вполоборота.

— Иногда обычное полезнее всего.

— Да, — тихо сказала я. — Наверное.

Он ничего больше не спросил. И я была ему за это благодарна. Потому что если бы он сейчас продолжил, если бы начал осторожно допытываться, что именно меня задело в самом простом кухонном движении, я бы, возможно, снова рассыпалась на глазах у первого за все это время человека, который не пытался мной распорядиться.

Через пару минут передо мной стояла тарелка. Самая обычная яичница. Самая обыкновенная. И именно поэтому от одного ее вида у меня чуть не защипало глаза. Я так давно не видела ничего простого, земного, не связанного с законами, дарами богов, чужими родами, странствующими девами и драконами, что эта яичница казалась почти издевательски нормальной. И безжалостно напоминала о завтраках, которые готовил мне Костя.

— Попробуйте, пока горячее, — сказал Эйдан.

Я взяла вилку. Осторожно отломила кусочек. Поднесла ко рту. Заставила себя проглотить. Желудок сжался настороженно, будто уже не верил, что мир вообще способен предложить что-то не направленное на страдание. Но через несколько секунд отпустил. Я подняла глаза.

— Очень вкусно получилось.

— Я бы расстроился, если бы после стольких лет практики не сумел справиться с яичницей, — спокойно сказал он.

И я снова, совсем чуть-чуть, улыбнулась. Не широко. Не счастливо. Но уже по-настоящему. Это было крошечное, почти незаметное движение души, но именно в этот момент я вдруг поняла, что впервые за все это время не просто выживаю от часа к часу. Я начинаю возвращаться к себе.

На кухне было тепло, и меня уже клонило в сон, но я решила еще немного посидеть с Эйданом. Мне хотелось узнать побольше о моем неожиданном спутнике, понять, почему он помогает, и есть ли у него семья. А еще лекарь определенно был кладезем информации о мире, в который я попала. Я отодвинула в сторону тарелку с яичницей и взяла в руки чашку с вкусно пахнущим малиновым чаем. Аккуратно взглянув на лекаря, я заметила, что он ест свою порцию, погруженный в мысли.

— У вас есть семья? — спросила я вдруг, сама не сразу поняв, почему именно этот вопрос вырвался первым.

Но Эйдан не удивился. Наоборот, его взгляд прояснился, стал чуть печальнее, а сам лекарь тяжело вздохнул.